Обещание лорда Лорейна

Какая нелепость – вот она лежит в ванне, мечтает о своем единственном и неповторимом возлюбленном, в то время как ей лучше приготовиться к очередной порции лжи и клеветы. Нет, нельзя сказать, что Гидеон когда-либо принуждал ее ложиться с ним в постель…

Она и прогнала его главным образом потому, что так сильно желала близости с ним. Нет, нельзя так зависеть от физической стороны брака! Это губит ее самоуважение. И потом, про них с Гидеоном уже нельзя сказать, что они родственные души. От таких мыслей волнение, какое они оба испытывали вблизи друг друга, покрывалось толстым слоем льда.

Калли зажмурилась, заставила себя вспомнить все причины, почему ей больше не нужен муж, и медленно выдохнула. Ну вот, наконец-то она снова способна мыслить связно. Безумие – бояться рисковать и думать о том, как она снова будет носить под сердцем его ребенка. Но отказ от такого риска помогал ей удержаться в замкнутом мирке, созданном теткой после того дня, как Гидеон ускакал прочь. Все последние годы Калли притворялась, будто вообще никогда не была замужем.

– Слышишь, Гидеон Лорейн? Я больше не глупая девчонка, которая влюблена в одинокого волка, – прошептала она, задыхаясь от духоты. – И не мечтай, что тебе удастся снова вскружить мне голову и внушить, будто солнце восходит и садится в твоих глазах… Конечно нет, Калли, с чего бы ему считать тебя охваченной страстью глупышкой, когда ты сидишь здесь и грезишь о нем, как будто всякий миг, когда его нет рядом, потрачен для тебя впустую? – укорила она себя. – Не желаю больше быть такой дурочкой! – Тогда, много лет назад, ей было так больно, что больше она не хочет наступать на те же грабли.

Она вымыла голову и принялась усердно мылиться, пока не почувствовала себя чистой и освеженной. Затем она встала и побрызгалась самодельным ароматическим уксусом, настоянном на розмарине и яблоневом цвете. Постаралась хоть немного приручить свои буйные черные кудри. В такой жаркий день голова скоро высохнет. Она села на постель и стала причесываться. Очень не хотелось снова облачаться в многочисленные полотняные нижние юбки…

Волосы, высыхая, щекотали ей шею и спину, и ее бросало то в жар, то в холод при мысли о том, что Гидеон совсем рядом.

Еще вчера она считала густые волосы скорее недостатком в такую жару, но сегодня Калли Лорейн словно проснулась после долгой спячки, и отогревшееся сердце снова заныло. Внутренний голос прошептал: утро вечера мудренее, в том числе для самых потаенных ее мыслей… Она глубоко вздохнула.