Возраст чувственности

Теплый солнечный день и очарование английской осени заворожили его, погрузили в безмятежное созерцание.

Очнувшись через некоторое время от звуков песни сойки, устроившейся в ветвях дуба над его головой, Джеймс почувствовал себя гораздо спокойнее, почти умиротворенно. Этому зеленому уголку не важно, был ли он надменным мистером Уинтерли или несчастным, одолеваемым навязчивыми идеями мужчиной в цвете лет, потерявшим смысл жизни. Мать-природа лишь желала, чтобы он не нарушал гармонию этого прекрасного места.

Глава 3

Наконец Джеймс нашел в себе силы, достал из кармана письмо и повертел в руках, будто пытался мысленно вернуться в тот момент, когда тетушка его дописала, подхватила тонкими пальцами, которые он до сих пор хорошо помнил, аккуратно сложила и убрала в конверт.

Он пытался представить, какие чувства испытывала Вирджиния, завершая возложенную самой на себя обязанность оставить послания всем четверым «мальчикам», завещав вскрыть письма после ее смерти, каждое в начале нового сезона в течение одного года. Казалось, все они никогда не перестанут тосковать о ней, сколько бы месяцев и сезонов ни миновало.

Повинуясь воле тетушки, Люк смог сделать то, о чем всегда мечтал, и узнал сокровенные тайны Хлои. За ней крестнику Вирджинии Тому Банбургу, маркизу Монтейну, пришлось посмотреть в лицо своим детским страхам, затем Гидеон пережил замечательное лето, полное любви и откровений. Настала очередь Джеймса. Ему предстоит завершить год, за который так изменилась жизнь близких ему людей.

Всем им пришлось исполнить то, чего требовала Вирджиния, вдохновленная данным им словом стать свободным от обиды на себя из-за брата.

В этом была горькая ирония. Джеймс грустно улыбнулся, думая о том, что тетушка попалась на приманку, поверив в его ложь. Она словно знала, что он может купить приглянувшееся ему полуразрушенное имение, не пробив брешь в состоянии, нажитом сомнительным путем.

Джеймс задавался вопросом, почему так случилось и почему он не решился поведать о богатстве. Даже брату, который жил вполсилы со дня свадьбы с первой женой Памелой.

Это были почти десять загубленных лет, ущерб, нанесенный ими, невозможно возместить. К всеобщей радости, Вирджинии удалось изменить мнение упрямца о любви и браке с помощью своей загадочной экономки Хлои. Теперь Том Банбург и Гидеон Лафрен счастливы в браке, как и Люк со своей новой женой.

Джеймс вспомнил, с каким лицом Хлоя передавала ему письмо, будто знала, что он готов расплакаться, как ребенок.