Сорока

А Джейк пребывал в восторге, узнав, что Кейт собирается приготовить сыр для макарон, ведь «я знаю, это твое любимое блюдо».

Кейт могла узнать о макаронах с сыром только в том случае, если бы ей об этом сказали Мариса или Джейк. Мариса, разумеется, ничего не говорила, поэтому остается только Джейк. Когда они успели поговорить? Мариса почти всегда дома. Сама мысль о том, что они могли разговаривать без ее участия, ей совершенно не понравилась.

Как бы смешно это ни звучало, но сырные макароны всецело принадлежат одной лишь Марисе.

Мариса представила себе разговор с Кейт: «Твои макароны с сыром не подойдут, это мое личное фирменное блюдо, я готовлю их для своего парня, от которого я в настоящее время пытаюсь забеременеть, поэтому спасибо тебе, но ты свободна». Но, конечно, ничего не говорила вслух, молча пытаясь перетерпеть присутствие Кейт на кухне – ее кухне. Квартирантка так свободно перемещалась по кухне, словно она и была настоящей хозяйкой дома.

– Эй, а куда Джейк положил паприку? – спрашивает Кейт, пока Мариса наблюдает за ней с диванчика.

– Шкаф справа от раковины, – отвечает Мариса, чтобы доказать, что она ничуть не хуже Джейка ориентируется на кухне.

– Ой, прости! – Кейт странно смотрит на Марису. – Я не знала, что говорю вслух.

Мариса притворялась увлеченной вечерним выпуском новостей. На экране политик с румяным лицом и узкими глазами вещает о своих планах в сфере международных отношений, а ведущий, с сине-зеленым галстуком, недоверчиво перебивал его.

– Вы же не можете всерьез заявлять о подобном? – восклицает ведущий, хотя все прекрасно знают о серьезном настрое политика, поэтому нет смысла задавать такие вопросы, только если ты не пытаешься вывести кого-то из себя.

– Если вы позволите мне что-нибудь сказать… – пытается продолжить серьезный мужчина. Мариса все чаще думала, что политика становится именно такой: двое мужчин упиваются звуками своих голосов и мелят несусветную чушь, пока один из них не подловит другого на какой-нибудь мелочи, не имеющей никакой связи с повседневной действительностью.

Обычно Мариса выключает телевизор, но сейчас ей нужно прикрытие для незаметного наблюдения за соседкой. Поэтому она смотрела на экран, рассеянно слушая пустую болтовню, и краем глаза следя за Кейт, которая суетилась у плиты и расставляла бессмысленное количество кастрюль и сковородок. Соседка насвистывала какую-то мелодию, что, по неизвестной ей самой причине, очень не нравится Марисе.