Похищенные

Думаете, он знает о девочке?

Эвелин покачала головой:

– Вряд ли она там. Уиггинс-старший всегда защищал сына, но так далеко он не зайдет. Мне приходилось общаться с родителями педофилов. Многие из них до последнего отказываются верить, что их сын – преступник, даже если предъявить им доказательства. Но если Бриттани в доме Уиггинса-старшего, это делает его соучастником преступления. Вы, конечно, знаете этого человека лучше, чем я, но мне почему-то кажется, что он на такое не способен.

Джек кивнул:

– Согласен.

Но у старика в последнее время нелады со здоровьем. Наверное, ему уже трудно ходить по лестницам, так что он может просто не знать о Бриттани. А если и знает, то не хочет верить.

– К сожалению, это весьма вероятно, – скрепя сердце согласилась Эвелин.

Джек так сильно сжал рулевое колесо, что на его предплечьях вздулись вены, и она поспешно добавила:

– Но мне по-прежнему кажется сомнительным, что Уолтеру, с которого горожане глаз не спускают, удалось выследить и похитить девочку.

Допустим, у него был мотив. Но возможности-то не было, верно?

– Ну, так или иначе, он по-прежнему первый номер в моем списке, – сказал Джек, сворачивая на темную улицу. – И по-моему, чернокожий Дарнел Конвей тоже не остался бы незамеченным на Хай-стрит, особенно восемнадцать лет назад. Вы ведь поэтому и написали в профайле, что преступник – белый?

Эвелин не ответила, молча глядя на темные окна домов.

Дома на улице, где жил Конвей, были маленькие, приземистые и стояли плотно в ряд, окруженные буйно разросшимися садиками.

На всех калитках висели таблички со словами «Осторожно, злая собака!». Фасады обветшали, краска облупилась, многим не помешало бы подлатать крышу, а дворики привести в порядок. В сгущавшихся сумерках мало что было видно, но Эвелин не сомневалась, что на всей улице нет ни одной клумбы. Взгляд выхватывал в тусклом свете то разломанную пластиковую горку, то ржавый автомобиль без колес, стоящий на кирпичных столбиках. Здесь царил дух уныния и запустения.

Дом, у которого Джек остановил машину, выглядел приличнее остальных. Дарнел Конвей, по крайней мере, не поленился разбить газон. И о своей безопасности он тоже позаботился: рядом с предупреждением о злой собаке красовался знак охранного агентства, замок внушал уважение, а окна были наглухо закрыты надежными ставнями.

Джек, когда они подошли к крыльцу, с удивлением поднял бровь:

– Выглядит так, как будто хозяину есть что скрывать.