Дражайший плут

 – Из него получился прекрасный Макбет – по крайней мере что касается голоса. Мне, правда, не очень нравятся трагедии, но вот голос его я могла бы слушать целый вечер.

Беседа доставляла ей истинное удовольствие, но ведь она здесь с определенной целью.

– Возможно, миледи, вам было бы интересно…

Несколько дам, столпившихся вокруг молодой матери с ребенком, громко рассмеялись, и голос Эвы потонул в этом гвалте. Феба наклонилась к ней поближе.

– Вы не могли бы описать, как выглядит малышка София?

– Трудно сказать: отсюда плохо видно.

 – Пожала плечами Эва. – Кроме того, их окружает целая толпа. Все, что я вижу, – это пушок, который выбивается из-под чепчика. Кажется, у нее светло-каштановые волосики. – Она взглянула на собеседницу. – Почти как у вас, миледи.

– Правда? – Феба погладила свои волосы, будто так могла ощутить их цвет. – Я почти забыла.

Маргарет с малышкой на руках в сопровождении других дам подошла к ним.

– Не хочешь ее подержать, Феба?

Лицо девушки просияло.

– Можно? Только прошу, Марго, сядь рядом: боюсь ее уронить.

– Не бойся, не уронишь, – твердо сказала леди Маргарет, присела на диванчик и осторожно передала ребенка ей на руки.

– Она такая серьезная, – шепнула леди Гера.

– Правда? – Леди Маргарет разглядывала дочь, как будто это неизвестное насекомое, найденное под листом цветка. – Она хмурится, прямо как Годрик. Похоже, через пару лет из-за стола на меня будут взирать две недовольные моськи.

– Как он? – поинтересовалась леди Кэр-младшая.

– Совершенно одержим своей новорожденной, – ответила леди Маргарет.

 – Как-то ночью я застукала его в коридоре: ходил взад-вперед с Софией в одной руке и книгой – в другой. Он ей читал, по-гречески. Но что самое удивительное – она, кажется, слушала как завороженная.

– Могу понять почему. – Феба поднесла малышку к самому лицу, закрыла глаза и ласково коснулась носом ее щечки. – Какое же она чудо!

Наблюдая за ней, Эва проглотила ком в горле.

– Мы, кажется, незнакомы, – вдруг сказала леди Маргарет.

 – Нет, не вставайте! Я Маргарет Сент-Джон.

– Это мое упущение, – виновато заметила леди Кэр; и улыбка ее погасла. – Познакомьтесь с Эвой Динвуди. Она хотела бы вступить в наш клуб.

– В таком случае, полагаю, нам лучше начать, – весело проговорила леди Маргарет и протянула руки к дочери. – Иди ко мне, малышка.

Одна из девочек, рыжеволосая, с впечатляющей россыпью веснушек на носу, внесла блюдо криво нарезанных ломтей хлеба с маслом, и дамы стали усаживаться.