Грешные намерения

 – Подумай, почему лорд Кэр выбрал именно тебя?

– Не знаю, но…

– Ты должна рассказать Уинтеру. Все это дело, похоже, придумано, чтобы заманить тебя. Может быть, у лорда Кэра ужасные намерения по отношению к тебе? А что, если он заманит и соблазнит тебя?

Темперанс наморщила нос.

– Не думаю, что такое возможно.

Она широко развела руками, подчеркивая всю нелепость предположения, что аристократ захочет соблазнить ее. Сайленс была вынуждена признать, что с растрепанными волосами и сажей на носу Темперанс определенно не могла заинтересовать соблазнителя.

Но она ответила, чтобы не огорчать сестру:

– Ты достаточно хороша и знаешь это.

– Ничего подобного. – Темперанс опустила руки. – В нашей семье красавицей была ты. И если бы какой-то подлец лорд захотел бы совратить кого-то, то это была бы ты.

Сайленс сурово посмотрела на сестру:

– Ты пытаешься перевести разговор на другое.

Темперанс вздохнула и опустилась на стул.

– Только никому не говори, Сайленс.

Пожалуйста, не говори. Я уже взяла у лорда деньги, чтобы заплатить ренту – вот таким образом мы выплатили долг.

– Но Уинтер наверняка в конце концов узнает об этом. Как ты ему объяснила оплату ренты?

– Я сказала ему, что продала кольцо, которое подарил мне Бенджамин.

– О, Темперанс! – Сайленс в ужасе зажала рукой рот. – Ты солгала Уинтеру?

Но Темперанс покачала головой:

– Это единственная надежда спасти наш приют. Подумай сама, что будет с Уинтером, если приют закроют.

Сайленс отвела глаза. Из всех братьев Уинтер больше всех был предан отцу и помогал ему в благотворительной деятельности. Если приют прекратит свое существование, это будет для Уинтера страшным ударом.

– Пожалуйста, Сайленс, – прошептала Темперанс. – Ради Уинтера.

– Хорошо, – кивнула Сайленс. – Я не скажу нашим братьям…

– О, спасибо тебе!

– Если только не почувствую, что ты в опасности.

– Этого не будет, могу тебе обещать.

Лазарус проснулся от беззвучного крика.

Он распахнул глаза и некоторое время просто лежал, обводя взглядом комнату, стараясь вспомнить, где находится. Затем он узнал свою собственную спальню. Темно-коричневые стены, старинная, внушительного вида мебель и кровать с зелено-коричневым пологом. Раньше здесь спал отец, и Лазарус, получив в наследство титул, не потрудился что-либо изменить. Глядя в окно, он чувствовал, как медленно расслабляется каждая мышца его тела.