Сталкер. День саранчи

Наверное, по причине везения в ловле ящериц, ну и по некоторым физиологическим особенностям, из-за которых меня ещё иногда зовут тёмным.

«Гобелен» был в пластиковом цилиндре-контейнере, но не шевелился, покачиваясь в специальном растворе. Пришлось спрыснуть ящерицу спреем с мощной дозой транквилизаторов, отчего она казалась сдохшей.

– Слушай, а…

Сомнения Бармена были мне вполне понятны.

– Она живая, просто спит. Только замки сразу не открывай.

– Это ещё почему? – он прищурился.

– Наглая сволочь попалась.

Бармен сосредоточенно сдвинул брови.

– В смысле злая тварюга?

– В смысле, дружище, сейчас апрель. У этих господ, так сказать, брачный сезон. И перед тобой дама, которую не обхаживали женихи.

При этих словах лицо Бармена вытянулось и покраснело. И явно не от стыда.

– Не гонишь?

– Нет. Но, если не веришь, можешь взять лупу и убедиться сам.

– А…

– Две последние лапы. У хвоста. Раздвинь их и посмотри.

Он кивнул.

– Верю, верю. Значит, самка.

– Ну, тебе лучше знать расценки. Где мой гонорар?

Бармен засуетился. Быстренько спрятал контейнер и скрылся где-то за стеллажами. Я не видел, что он там делал, но через несколько мгновений раздались чёткие сухие щелчки. Их было пять, с разным интервалом и длительностью. Потом что-то натужно заскрипело. Догадаться оказалось не трудно – Бармен отпирал свой секретный сейф. Вот, значит, как? Самые интересные вещи можно узнать, если хорошенько послушать.

– Сейчас я… – прокряхтел Бармен откуда-то из-за стеллажей. – Секундочку…

Через мгновение он появился, держа в каждой руке по пачке денег, перехваченных резинками. Одна тугая и толстая, другая поменьше. Совсем тоненькая. И протянул мне.

– Как договаривались. Пятьдесят штук. И…это… – он немного замялся. – Короче, ещё пять, за бабский экземпляр.

Я взял деньги и покачал головой.

– Тут что-то не то, – сказал я, стараясь придать своему лицу суровое выражение, которое Бармен не очень любит.

– Слушай, Ягуар, кончай уже, а? Не делай такое вот загадочное лицо. Ты же знаешь, я этого, блин, не люблю.

– Добрый ты не к месту. Это как-то напрягает.

– Вот и делай после этого людям добро…

– Ладно, в чём дело? Ты же задобрить меня решил. Неспроста, верно?

Бармен покачал головой и тяжело вздохнул.

– Ну…вообще, работёнка для тебя есть.

– Работёнка? Я предполагал отдых на две недели.