Мастерская кукол

– Что? Оно протухло – вот что!..

– Простите, я не понял… – ошеломленно пробормотал Сайлас.

– Протухло и начало гнить, – раздельно повторил Луис. – Я на пару недель уезжал в Эдинбург, а когда вернулся, мой дом просто кишел навозными мухами. – Он всплеснул руками и напоказ содрогнулся, но в его голосе прорывалось неподдельное раздражение. – Ваше чучело… в нем копошились отвратительные личинки, а запах был такой, что меня чуть не вырвало. Господи, как же там воняло! Помнишь, Джонни?..

– Я почувствовал трупный запах уже на Говер-стрит, – вставил Милле.

– Вы уверены, что пахло именно оно? – перебил Сайлас и, держась за край стола, привстал. От волнения в животе у него похолодело. – Я высушил его как следует. Оно не могло…

– Уверен ли он?! – прогремел Россетти, в свою очередь, перевешиваясь через перегородку. – Конечно, уверен, разрази меня гром! Что еще могло так смердеть? Уж не кисти и не краски, это уж точно! Тебе еще повезло, любезный, что эта неприятность случилась с Луисом, а не со мной.

Я не такой добряк, как он. Уж я бы…

– Габриэль, прошу тебя… – Луис сделал слабую попытку утихомирить приятеля. Когда он снова заговорил с Сайласом, его голос звучал значительно мягче. – Мне не хотелось бы этого говорить, но как раз из-за запаха у меня и возникли кое-какие сложности. Моя натурщица – моя «леди Гижмар» – удрала. Она заявила, что не может находиться в доме, где так сильно воняет, а я как раз нахожусь на том этапе работы, когда натурщица мне совершенно необходима.

Сайлас крепче сжал бокал в кулаке.

– Прошу прощения, сэр. Мне очень жаль, но… Ума не приложу, что могло случиться с чучелом. Разумеется, я возмещу вам все расходы, – нехотя добавил он, и, хотя Луис отмахнулся от его предложения, это не улучшило настроения Сайласа. Где он мог ошибиться? Неужели, подумалось ему, он так увлекся работой над другим образцом – над летучей мышью, кажется, – что позабыл как следует высушить голубку? Что ж, придется настоять, чтобы художник взял взамен чучело летучей мыши.

О том, сколько он потеряет на этом деле, Сайлас решил не думать, но лоб его пошел озабоченными морщинами. У него, разумеется, были кое-какие сбережения, но, пожалуй, все они уйдут на оплату аренды. Впрочем, свое он все равно возьмет: теперь главное – не поссориться с художниками, и тогда со временем он повысит цены на новые заказы и вернет все, что потерял.