Служанка в высшем свете

Если вас здесь застанут…

– Мисс… мисс… Селина, вы не боитесь ли меня, часом? Может быть, вы на мгновение представили, что я питаю к… – он заколебался, – что я буду вести себя по отношению к вам, как Годфри Фарингдон?

Верити порывисто вздохнула:

– Вы? Как Годфри? О нет!..

Его взгляд стал острее.

– Вы очень уверенно это говорите.

Она взяла себя в руки.

– Я… я… да. Ваше доброе имя свидетельствует, что вы… что вы… Во всяком случае, я уверена. Но пожалуйста, уходите!

Он не ответил. Вместо этого подошел к ней, медленно поднял руку и провел тыльной стороной пальцев по ее щеке, обвел линии подбородка, мягко дотронулся до шеи.

Все заповеди здравого смысла и скромности взбунтовались в ней, требуя, чтобы она отвела его руку. Она не двинула ни пальцем, оставаясь в плену его нежного, лишавшего сил прикосновения. Когда и кто в последний раз касался ее так нежно?

Ответ потряс ее до глубины души. Почти пять лет назад. Макс Блейкхерст. Только теперь его прикосновение лишило ее покоя, волной дрожи прошло по ее телу.

Спустя мгновение его рука упала. Он наклонил голову:

– До свидания, Селина.

Дверь за ним закрылась. Верити медленно подняла руку и провела ею по следу его пальцев.

* * *

Через двадцать минут Макс выехал из конюшни. Если леди Монкриефф преследует его по всему дому, отступление было единственной разумной тактикой.

Он пришпорил кобылу, ища забвения в перестуке летящих копыт и мощном движении мышц под его седлом.

Несколькими милями далее затрудненное дыхание лошади подсказало ему, что пришло время возвращаться к дому.

Он остановил взмыленное животное, спешился и ослабил подпругу.

– Тише, девочка. – Он обтер потную морду. – Я немного пройдусь. Дам тебе передышку.

Чувство вины и отвращения к себе не оправдывает попытку загнать лошадь. Спешить некуда, он может потратить на обратную дорогу массу времени. А когда он вернется, принесет извинения и отбудет. Ничто более не держит его в Фарингдон-Холл.

Или?.

.

Глубокие серые глаза возникли перед ним. Настороженные глаза, чуть прикрытые веки, окаймленные темными ресницами. Селина… как там ее фамилия? Деринг. Селина Деринг. Он зашел в тупик. Дьявол, да почему он решил остаться ради Селины?

Все его тело напряглось, пока он медленно шел вперед, мысленно представляя себе все, что они могли бы сделать друг для друга. С того момента, когда той ночью она упала в его объятия, он ощущал притяжение к ней. Он хотел ее.