Шизофреник

Он достал из рукава увесистый мешочек.

– Здесь тысяча золотых, можешь пересчитать, – он не глядя бросил деньги капитану.

– Но этот раб не продаётся! – воскликнул тот, показывая, что не будет подбирать мешочек, валяющийся в пыли у него под ногами.

– Уважаемый, неужели вы хотите проблем? Я слуга правителя Ози?ша, и мне приказано было найти раба, который знает созвездия и немного разбирается в астрометрических приборах, пусть и самых простых. И я его нашёл. Конечно, вы можете не продавать мне его, но в таком случае завтра вам, возможно, придётся занять его место…

Капитан закусил губу.

– А, ладно, забирай, – он раздражённо махнул рукой и подобрал мешочек с золотом.

Тени преследовали двух мужчин, идущих по улице. Они то обгоняли их, то скрывались за спинами странной парочки.

– Как тебя зовут?

– Веуз.

– Хм, странное имя… Ну да ладно.

Мужчины подошли к широкой дороге.

– Полезай в повозку, тебя отвезут куда нужно и всё расскажут. Путь до дворца будет небыстрый, а ты явно устал, поэтому смело можешь спать, – мужчина улыбнулся.

– Как скажете, хозя…

– Я не твой хозяин, – оборвал Веуза новый знакомый. – Я такой же раб, как и ты, как и всё здесь, – он еле заметно усмехнулся.

Под размеренное цоканье копыт и дуновение прохладных ветров Веуз быстро уснул.

* * *

Громкий, пронзительный звонок залил комнату. Пётр Зуев подскочил в кровати и уставился на тумбу, где лежал его телефон. Пётр проспал первый звонок будильника, и теперь в силу вступил второй – тяжёлая артиллерия.

Играл Штраус, «На прекрасном голубом Дунае».

Глава 4

Жизнь – это не проблема, которую нужно решить, а реальность, которую нужно почувствовать.

    Сёрен Кьеркегор

Зуев встал с кровати с тяжестью в теле. Обычно по утрам он чувствовал себя более-менее сносно, но сегодня… сегодня ему было как никогда тяжело. Казалось, что отекло всё тело: руки, лицо, стопы. Веки стремились сомкнуться, а сознание… сознание грезило о возвращении в сладкую негу сна. Даже поднявшись с постели, Пётр чувствовал шлейф недавнего сновидения.

Краски окружающего мира будто поблёкли по сравнению с тем, что было там, в этом сне. Он словно вернулся из далёкого города, что стоит на берегу океана, а позади него огромные бесчисленные массивы горячего песка.

День там жаркий, наполненный тёплым светом, а ночь леденяще прохладна в пронизывающем блеске звёзд. Здесь же утреннее небо затянуто пеленой поздней осени, и лишь иногда сквозь тучи пробиваются лучи солнца.