Шизофреник

– А вы, Пётр Анатольевич, – сказала она с некоторой подковыркой в голосе, – не соблаговолите ли встретиться со мной ещё раз?

Зуев опешил. Во-первых, он не привык, чтобы девушки его приглашали. А во?вторых, с каждой секундой разговора ему всё больше казалось, что эта особа читает его мысли.

– Да… конечно, – с лёгкой заминкой ответил Зуев, и маленькая оплошность в речи показалась ему катастрофически огромной.

Виктория протянула ему салфетку с записанным номером телефона. Ранее, когда они с Зуевым пришли в кафе, она написала что?то на салфетке, будто хотела о чём?то себе напомнить.

До этого момента Пётр не догадывался – о чём.

– Это мой личный номер. Позвоните мне на неделе, как у вас будет возможность, и мы определимся с местом и временем встречи.

Зуев взял салфетку. Он задумчиво рассматривал цифры на мягкой бумаге. Это сочетание не запоминалось так же легко, как предыдущий номер.

– Ещё раз спасибо за ваш маленький подвиг и за хорошо проведённое время.

Зуев посмотрел на прощающуюся с ним девушку.

В ярких лучах солнца блестели лужи. Тротуары в некоторых местах стали подсыхать. Стая голубей важно расхаживала рядом со входом в торговый комплекс, не обращая внимания на людей. Пётр Зуев не пошёл на остановку. Вместо этого он неспешно зашагал по аллее. Домой ему идти не меньше сорока минут, и он рассчитывал подумать обо всём, что с ним сегодня случилось.

Глава 7

Воспоминания делают тебя таким, какой ты есть сегодня.

    Эрих Мария Ремарк

На горизонте бушевал закатный огонь.

Облака над городом были объяты бордовым пламенем. Небо превратилось в один большой костёр, который, правда, уже затухал, истратив топливо. Облака – алеющие угольки – смешивались с тёмными отсветами ночи, приобретая фиолетовый оттенок и окрашивая в темно-пурпурный цвет дома, дороги и улицы.

Зайдя в квартиру, Пётр Зуев разулся и в несколько шагов оказался у кухонного стола, поставив на стул пакет с провизией. Пётр покупал в основном бакалею[9 - Бакале?я – сухие продовольственные товары первой необходимости, полуфабрикаты и консервы.

]. Но иногда в его холодильнике появлялись мясо и молочка. Овощи и фрукты Зуев ел только по выходным, в награду за рабочую неделю.

Ах, было время, когда, вернувшись домой, Пётр Анатольевич видел новое полотно. Иногда картина была не совсем закончена, и творец крутился вокруг своего произведения в попытке разглядеть и перенести на белую бумагу тот образ, что возник в его голове. Пётр обычно не тревожил А.З.