Сила, способная изменить мир. Душа

Было как-то неловко за то, что ей ни с того ни с сего передавали какие-то наверняка ценные вещи. Уж записи великой чародейки точно были ценными.

– Разумеется, – кивнула Эадалин. – Она же твоя наследница.

– А я – её наставница, – голос Энвисы стал каким-то жестким. Анью обернулась, пытаясь понять, что происходит. Эмоции даро были какие-то хаотичные и непонятные.

– Как скажешь… – пробормотала Эадалин, удивленно переводя взгляд с неё на даро и обратно. – Я поручу своему секретарю всё устроить. Бумаги подпишут сегодня же и завтра распечатают твой дом.

Там ничего не изменилось с тех пор.

– А что за история с некромантом, который решил воскреснуть спустя триста лет? – поинтересовалась Аньюриэль, приступая к пирожному и радуясь, что хоть кто-то в Берне оказался гостеприимным.

– Признаться, я не знаю, что и думать, – покачала головой Энвиса. – Обычно люди не воскресают ни с того ни с сего. Да и для других народов это не свойственно.

– Рыцарь назвал его «Моргред».

– На заре основания Берна я и те, кто отправился в изгнание со мной, были весьма терпимы к человеческой магии.

Каждое направление магического искусства заслуживает права на существование, и некромантия в те годы не была исключением. Даже такая сомнительная, на первый взгляд, сила, как управление мёртвыми, была по своему полезна. Тогда даже существовал закон о посмертной отработке у преступников, которые скончались в темнице до окончания срока заключения. Мёртвые под присмотром некромантов мостили улицы, строили дома. Тогда это казалось пусть и странным, но выходом для тех, кто родился с этим даром.

– Действительно странно, – Анью покачала головой, представив гниющий труп, который трудится на благо королевства.

– В Берн стали съезжаться некроманты со всей Акрасии. В других королевствах их презирали, здесь же давали достойную работу, – грустно проговорила Эадалин. – Я хотела сделать как лучше. Были ведь и плюсы. Некроманты призывали души усопших, чтобы найти убийцу или просто распорядиться наследством в случае внезапной кончины.

Многие люди получили возможность попрощаться с близкими. Я помню, что сначала люди, да и силлины, отнеслись к этому скептически, но потом привыкли.

– Так что же случилось? – удивилась Энвиса. – При мне всё было спокойно, а теперь некромантия в Берне под запретом.

– Случился Моргред, – грустно улыбнулась Ард Рена. – Он основал гильдию для некромантов, и всё шло хорошо, но потом он возжелал большей власти, места в Совете, привилегий. Я ему отказала.