Сила, способная изменить мир. Долг

Нам дали глаза, чтобы мы могли увидеть всю красоту этого мира, нам дали уши, чтобы мы могли слышать его гармонию, нам дали ноги, чтобы мы могли обойти всю Акрассию и увидеть все чудеса, дарованные нам Богами. И нам дали возможность говорить… Нам дали язык, нам дан разум, чтобы мы могли оценить всё, что они создали. Богам не нужны рабы, Богам нужны собеседники. Этот рассвет, он ведь уникален. Другого такого уже никогда не будет. Он прекрасен! И там, в храме за нашими спинами ведь полно жрецов. Но сейчас здесь стоим только ты и я… Они сейчас молятся Руфеону и не видят всей красоты мира, который для них создали.

Аман никогда не признает этого вслух, но в её словах была бездна правды. Он не мог сосчитать, сколько раз, вставая на рассвете, он, вместе с другими жрецами, преклонял колени, слушая как читает молитву Его Святейшество. Сколько таких удивительно прекрасных моментов прошло мимо и навсегда исчезло, оставшись в памяти тех немногих счастливцев, кто успел их заметить… Аньюриэль проявляла крайнюю степень пренебрежения к Богам, даже к собственному Богу-покровителю Кратосу.

И наверняка не прочитала ни одной священной книги за свою жизнь. И, тем не менее, она, как оказалось, была в разы ближе к Первозданному Свету, чем большинство жрецов его Ордена. Это было поразительно. Аман повернулся к ней. Искательница смотрела на медленно поднимающееся над горизонтом Солнце, ветер играл с прядями её вишневых волос, она умиротворенно улыбалась. Они ещё какое-то время стояли на вершине лестницы, встречая новый день, пока за спинами не раздался звон колокола.

– Что это? – она зажимала уши ладонями.

– Колокол. Это значит, что утренняя молитва закончена и жрецам пора приступать к своим обязанностям.

– Прости, ты хотел помолиться… Я отвлекла тебя, – она грустно опустила взгляд на светлые каменные плиты двора.

– Ничего страшного. Переживу, – Аман развернулся, идя в сторону Храма. – К тому же, Вы преподали мне один очень важный урок. Спасибо.

Анью пожала плечами и проследовала за ним. Тяжелые храмовые двери со скрипом поддались, и жрец пропустил девушку вперед, заходя следом.

Искательница замерла на пороге, осматриваясь. Аман же просто остолбенел. По внутреннему залу суетливо бегали жрицы в белых одеяниях. Некоторые из них замерли, удивленно смотря на ранних гостей.

В этом храме служат женщины?

Это было неожиданно. В Артемисе женских храмов не было, лишь один монастырь. Аньюриэль развернулась, смотря на него округлившимися от удивления глазами.