Сила, способная изменить мир. Гармония

Анью быстро взяла эмоции под контроль. Сделала шаг к ним и пересадила Пэна на плечо к Эйше.

– Друзья так не поступают, – отчеканила колдунья и тут же вернулась к двери, яростно колотя в неё уже ногой. – Вонтон! Я слышу что ты там!

– Я что-то не то сказал? – удивленно смотрел на спину чародейки Пэн.

– Вс? правильно сказал, – успокоила его Эйша. – А может кэп ещё что-то говорила про этого Амана?

Аньюриэль обернулась к ним, её глаза ярко сверкнули зеленоватым светом – верный признак того, что магические потоки в теле восстановились и контроль над магией возвращается к ней.

Не успела колдунья прокомментировать услышанное, как открылась дверь таверны. На пороге стоял Вонтон и выглядел он не лучшим образом. Мужчина явно пил. И пил он далеко не чай.

– Тебе чего?

– Я есть хочу, – ответила Аньюриэль.

– А я тут при ч?м? – Вонтон изумленно осмотрел их компанию.

– А ты повар, – Аньюриэль, игнорируя удивленный взгляд хозяина таверны, проскользнула внутрь.

– Я тоже есть хочу, – Эйша не растерялась и проследовала за своим капитаном.

– А я всегда голодный, – поддакнул ей Пэн.

– Да и я не откажусь от ужина, – Лан Роу улыбнулась остолбеневшему мужчине и прошла внутрь.

В таверне было непривычно пусто. Даже ставни, выходящие на главную улицу, были закрыты. Терпкий запах вина заполнил всё помещение. Аньюриэль, приглушенно фыркая, прошла к дальнему столику и открыла окно, выходящее во двор, впуская свежий воздух. Чародейка с абсолютно невозмутимым видом села за столик и махнула рукой, словно подзывала подавальщицу.

На её жест никто не отреагировал. Вонтон стоял, скрестив руки на груди и недовольно смотрел на них.

– Какого демона ты там расселась? Таверна закрыта, – в полупустом помещении голос мужчины эхом отразился от стен.

– Я хочу есть, – Аньюриэль совершенно спокойно смотрела в ответ, нисколько не смутившись. – Неси всё, что есть.

– У меня только вонтоны в меню.

– Неси побольше. И чай, – она благосклонно кивнула.

Вонтон шумно выдохнул, словно смиряясь с неизбежным, и ушёл на кухню.

Эйша бодро проследовала за стол, усаживаясь напротив Аньюриэль и прожигая её требовательным взглядом. Чародейка этот взгляд игнорировала, смотря исключительно в окно. Лан Роу села рядом с Эйшей, присоединяясь к молчаливому противостоянию. Повисло напряженное молчание, нарушаемое лишь тихим кряхтением Пэна, двигающего тарелки по столешнице. Малыш решил, что раз он единственный мужчина, то ему и ухаживать за женщинами.