Сила, способная изменить мир. Вера

Колдунья вскинула свободную от посоха руку перед собой, запуская пульсар ровно по траектории стрел. На холме раздался взрыв, закрывая вершину дымом, из которого слышались крики и стоны.

– Стрела – дура, пульсар – молодец!

Сбрасывая магическое плетение, Аман обернулся к девушке. Она стояла на одном колене, придерживаясь рукой за край повозки. На бледном лице ярко горели зелёные глаза, выбившиеся из косы пряди алыми всполохами играли в лучах Солнца. Потрясающе! Повозка в очередной раз повернула, и лицо девушки заметно побледнело, став практически белым.

– Аман, там нет моста…

– Что? – Аман развернулся вперёд.

Печально, но факт, мост частично обвалился. Точнее, обвалился почти весь. Осталось лишь несколько метров с обеих сторон каньона и пропасть, в которую неслась обезумевшая лошадь.

– Надо прыгать, – идеи лучше у него не нашлось.

– С радостью! – Аньюриэль попыталась подняться.

В этот момент повозка подпрыгнула на очередном ухабе и потеряла колесо. Аман чудом удержался за бортик, девушку в очередной раз кинуло на дно.

Край телеги волочился по дороге, разлетаясь щепками. Оглушительный грохот за спиной заставил лошадь ускориться. Практически у самой пропасти повозка наехала колесом на камень, окончательно переворачиваясь. Небо и земля мгновенно поменялись местами. Аман лишь краем глаза заметил, как во вспышке телепорта исчезает девушка, прежде чем сам упал спиной на камни и покатился кубарем, успев ухватиться рукой за край обрушившегося моста. За его спиной лошадь, с леденящим душу ржанием, летела в пропасть.

Живой!

Жрец лишь успел выдохнуть, как булыжник, за который он держался, издал жуткий скрип. Внутри него словно сжались все внутренности. Падение с такой высоты на камни – однозначно смертельно. Посох он выронил при падении, и эта ошибка будет стоить ему жизни. Маг без своего оружия обречён на смерть и, видимо, сейчас он на личном примере это докажет.

Камень с мерзким скрежетом выпал из кладки моста. В этот момент прямо перед ним из вспышки света протянулась тонкая женская ручка в перчатке.

Аньюриэль, телепортировавшись на край обрушившегося моста, в последний момент ухватила его за запястье. Вторая рука, сжимающая посох, упиралась в каменную кладку моста. Аман почувствовал, как его ладонь медленно выскальзывает из собственной перчатки.

Служителям Руфеона не полагалось носить перчатки. Открытые руки символизировали чистоту помыслов и действий, но он игнорировал это правило, прикасаться к коже людей ему не нравилось.