Четверо

Его привела Зинаида Петровна.

Он пришёл в стандартной полосатой пижаме, явно не по размеру, не для этих длинных рук и широких плеч. Высокий, худой, с аккуратными светлыми усами и остриженной бородкой. Похож на белого офицера из советского кино, подумал почему-то Хромов.

А теперь надо натянуть доброжелательную улыбку, каким бы отвратительным ни казался окружающий мир. Натянуть улыбку и включить заботливо-отцовские интонации в голосе.

– Доброе утро. Проходите, присаживайтесь. Меня зовут Павел Сергеевич Хромов, я ваш доктор.

Пациент недоверчиво обернулся на Зинаиду Петровну: та кивнула, указала ему на кабинет и легонько подтолкнула рукой вперёд. Пациент нахмурился и прошёл в кабинет, оглянулся в растерянности, не понимая, куда ему идти дальше, и уставился широко раскрытыми глазами на окно позади Хромова.

Кабинет казался мал ему, он зачем-то слегка сгорбился, будто боялся задеть головой люстру, хоть и не дотягивал до неё даже при своём росте.

Хромов показал ему рукой на диван.

– Пожалуйста. Можете присаживаться на диван, можете – в кресло. Куда вам удобнее.

Пациент нерешительно подошёл к дивану и медленно уселся на него, положив руку на спинку – видимо, так он чувствовал себя комфортнее. Тогда Хромов заметил, что на лбу Поплавского прорезались две глубокие морщины, нехарактерные для его возраста.

– Эдуард Максимович Поплавский, верно? – с улыбкой спросил Хромов.

– Именно так, – ответил пациент сильным, басовитым голосом.

– Замечательно, очень хорошо. Как вам у нас? Как себя чувствуете?

Поплавский некоторое время помолчал, снова оглядывая кабинет, а потом таким же мощным басом ответил:

– Знаете, бывало и лучше. Кормят так себе. А ещё в столовой сейчас подошёл какой-то дед, подмигнул и говорит: «Дай мороженое доесть». А у меня нет никакого мороженого…

Поплавский как будто не хотел смотреть на Хромова: он оглядывал широко открытыми глазами кабинет, стол, пейзаж за окном, потолок, но только не его.

– А каша у вас так себе.

Хромов развёл руками.

– Тут уж мы с вами ничего не сможем поделать. Я и сам, знаете, этой же едой тут питаюсь. А дедушка с мороженым… Что тут поделать! Дедушка старенький, а вы вон какой молодой.

– Зато вы можете всегда съездить домой и поесть там нормальной еды.

– Ваша правда, Эдуард. Кстати, если захотите воды – вот стоит кулер, можете попить.