Четверо

– Я знаю, ты здесь, – продолжил Введенский.

Тишина.

«Глупости, – подумалось ему. – Меня видно здесь с фонариком, как на ладони, а он может прятаться в этой темноте сколько угодно. Может быть, уже и ушёл давно».

Он постоял так ещё пять минут, пока фонарик не стал светить слабее – кончался заряд. Оставаться здесь в полной темноте ему не хотелось.

Введенский, продолжая оглядываться по сторонам, вытащил у патефона ручку, воткнул её в держатель, закрыл вместе с пластинкой, защёлкнул, взял под мышку, держа в свободной руке фонарик, и направился к санаторию.

Оказавшись в своём номере, он включил везде свет, осмотрел комнаты, закрыл двери на балкон.

Патефон оставил у входной двери, рядом с обувной полкой.

Спать ему больше не хотелось. Часы показывали половину пятого.

III

Санкт-Петербург

Клиника Бехтерева, отделение интегративной фармакопсихотерапии психических расстройств

21 декабря 2017 года

11:05

– Расскажите мне ещё об этом Городе Первого Солнца.

На второй день Поплавский выглядел, кажется, более дружелюбным. Синяки под глазами не такие глубокие – наверное, он начал высыпаться, думал Хромов. Ещё бы не начал после таких таблеток.

Поплавский сидел более уверенно, он больше не оглядывался в беспокойстве по сторонам, но всё равно нервно постукивал пальцами по спинке дивана.

Хромов чувствовал себя уставшим, хотя день ещё только начался. Последние недели он никак не мог избавиться от чувства постоянной усталости.

– Я мало знаю о его истории, – заговорил Поплавский. – Известно, что это самый крупный город Империи и всей планеты и ему много тысяч лет. Он очень красивый. Его узкие улочки вымощены белым мрамором. Дома – огромные, красивые, с сияющими колоннами. А на площади перед императорским дворцом раньше стоял газовый фонтан в окружении стеклянных скульптур. В любое время года он источал аромат весенних цветов в разноцветном тумане.

– Хотел бы, – кивнул Хромов. – Я правильно понимаю, что эта, м-м… цивилизация напоминает Древний Рим, как если бы он дожил, скажем, до начала ХХ века?

Поплавский быстро закивал.

– Да, да. Когда я слушал рассказы Онерии, у меня была точно такая же ассоциация. Колонны, виллы, императоры – и вместе с этим поезда, огнестрельное оружие…

– Механические пауки, – добавил Хромов.