Если я исчезну

В 1851 году здесь нашли золото. Многие из городов той поры исчезли, но это место выжило.

Я бы с этим поспорила.

– Я слышала, оно называлось Отмель Убийств.

– Кто тебе такое сказал? Это ложь.

Я не говорю ей, что это ты мне сказала. Мы спускаемся в долину шахты. Земля превращается в ковер из клевера, а вокруг нас настоящий зеленый дворец.

– Как красиво.

Она кивает.

– Это наш коронный номер. Гостям всегда нужно рассказывать немного истории. Но не про Отмель Убийств. Обращай внимание на то, кому и что ты рассказываешь в этих краях.

Истории заразны. Мысли в голове начинают распространяться как вирус. – Она замолкает, словно потеряв ход мысли, но потом продолжает: – Гости приезжают сюда и говорят: «Не хотим уезжать». Из года в год они повторяют: «Эдди, мы совсем не хотим уезжать! Нам здесь очень нравится!» Они не видят вложенного труда. Не видят, какой этот труд тяжелый. Но нам именно это и нужно: чтобы они приезжали, видели красоту. Нужно продать идею о семье, по-настоящему живущей в условиях дикой природы. Нам не нужно, чтобы они видели, как все устроено на самом деле.

– А как все на самом деле?

– На самом деле это труд. – Мы проезжаем мимо ряда синих цистерн. – Это наше водоснабжение. Шесть резервуаров. Вся вода, которой мы пользуемся, поступает отсюда. Она по отдельным трубам распределяется по участку. Одна идет к нашему дому, вторая – к гостевым домикам, в том числе и к твоему, а самые дальние идут к дому моего сына и к хозпостройкам на пастбищах. Летом нам приходится распределять подачу воды в душевые для гостей; если все будут купаться в одно время, вы это почувствуете.

Я говорю гостям: «Две минуты, этого вполне достаточно. Мы на природе, вы все равно запачкаетесь».

Мы спускаемся с горы.

– Это стрельбище. – Она указывает на открытый участок земли, в дальнем конце которого беспорядочно стоят мишени. – У нас есть практически все виды ружей, всего четыреста двадцать семь штук. – Меня настораживает это число, и я сразу же начинаю сомневаться. Я испытываю подобные эмоции ко многим вещам, которые говорит твоя мать: она будто рисуется.

 – Некоторым образцам больше ста лет, но есть и другие, новые и современные, оснащенные лазером. Мы даем нашим гостям возможность попробовать все.

– Я не особо увлекаюсь оружием.

Она касается своей поясницы.

– А мое всегда со мной. Двадцать четыре на семь. И тебе бы следовало. В этих краях. – Хоть она и указала на него, я не могу разглядеть ее пистолет. Она ерзает в седле.