Тени не исчезают в полдень

Дыхание сбилось, на лбу выступил холодный пот, простыня скомкалась,  сердце колотилось с бешеной скоростью. Алек несколько секунд смотрел в темноту, глаза начали различать силуэты предметов, и только тогда сон перешёл в реальность. Медленно кошмар отпустил Алека. Он снова упал на подушку. В ушах звенело, голова трещала. Предательски колыхались и вздрагивали тени на стене.

Кошмары – обычная вещь, ничего удивительного. И Алек не обратил бы внимания на этот сон. Но никогда кошмары не отражались на нём так ярко, не казались настолько реальными.

Пророческими? Последнее слово Алек упорно старался вытеснить из головы, но оно заслонило все мысли. Не могли ли слова той старухи правда быть пророческими?

– Глупости, – пробормотал Алек. И собственный насмешливый голос прогнал тишину, а вместе с ней остатки кошмара.

Алек встал с кровати и медленно подошёл к окну, открыл его, выглянул на улицу. Свежий воздух залетел в комнату, выбил страхи и лишние мысли из головы. Теперь Алек просто смотрел в небо, на горящие искорки звёзд, на тающий серп луны и мысленно сравнивал это великолепие ночи с пугающей пустотой из кошмара.

Ничего общего.

Алек не хотел возвращаться в комнату. Словно стоя перед окном, он был дальше от липкого кошмара. Он даже почти уверил себя, что всё это – глупости. Как можно взрослому человеку верить в предсказания и бояться иллюзии смерти?

«Взрослому человеку, который к тому же работает в отделе уголовного розыска», – любезно подсказал внутренний голос.

Алек сталкивался с поистине ужасными вещами.

Но назойливое предчувствие копошилось на подкорке сознания. А Алек привык доверять предчувствиям. Они похожи на знаки свыше: основаны не на фактах и не на эмоциях, на чём-то более точном. Наверное, предчувствия – это опыт, а не инстинкты. «Никогда не пренебрегайте тайным предчувствием». Где-то Алек это читал…

Нет, он ещё ошибался, не успел развить в себе «нюх следователя», но не мог не заметить: всё, что теперь творится вокруг, слишком странно.

«И слишком опасно», – снова вклинился внутренний голос.

Он занял другую позицию. Также метался и Алек.

Любоваться звёздами больше было невозможно. Ника как-то говорила, что, когда Алек задумывается, взгляд его становится стеклянным. Он не видел свой взгляд. А вот мир вокруг был похож на мутное стекло. Так и сейчас. Алек не видел ни луны, ни тёмных окон соседнего дома. Простого напуганного кошмаром человека сменил полицейский. Предчувствия боролись со здравым смыслом.