Викторион

Виктор попытался с помощью стали освободить свои ноги, но не успел он и дважды махнуть клинком, как корни, вырвав меч из его рук, завладели оружием.

Путь, который он так старательно прорубал, уже начал зарастать новыми зарослями. В голове бешено заметались мысли о скором конце. Все тело сковало, словно в тиски, не было шанса на спасение. И тут Виктор заорал: один из корней до жуткой боли перетянул руку. Заорал и почувствовал, как хватка растений, пусть и ненадолго, но ослабла.

Идея родилась, как первый вдох вынырнувшего ? мгновенно.

– Фьюдис, ? закричал Виктор, ? начни петь! Кажется, растения боятся высоких звуков!

И певец запел, взяв самую высокую ноту.

Растения, точно обожженные, тотчас отпрянули от них. Вскоре Виктор смог уже встать на ноги и увидел, как Фемира с восхищением смотрит на отца и как после недолгих колебаний присоединяется к пению. На звук певчих голосов пришли эльфы и стали очевидцами, как трое вышли из ловушки с песней.

– Спасибо тебе, Виктор, ? поблагодарил Фьюдис, обнимая человека, ? я посвящу тебе песню.

Встретившись позже с Аридэйль, Виктор во всех подробностях рассказал ей о произошедшем.

– Я вот чего только не пойму, ? признался он, ? почему эльфы не знали, что растения боятся громких звуков?

Аридэйль и не удивилась.

– Кричать от боли ? все равно, что показать свою слабость, то же самое касается и плача. Нас с детства учат быть сильными и сдержанными. ? Эльфийка посмотрела на него и улыбнулась.

? Я так рада, что все обошлось. Знаешь, кого я хотела показать тебе сегодня? Тондосара. Он обитает в труднодоступных местах и любит тишину. ? Тут она перешла на шепот: ? Сидит днями напролет на ветках, слушает…

Аридэйль пальчиком указала на ветку, где сидело крылатое существо с закрытыми глазами.

– Он же… он похож на дракона, на небольшого дракона!

– Нет, ? сказала эльфийка, ? это не дракон. Я, конечно, никогда их не видела, но это точно не дракон.

– Я тоже не видел, ? подумав, согласился Виктор, ? но мордочка похожа, только вот тело, да, не драконье оно. Я, кстати, вспомнил, что сходил по ним с ума. Да, если честно, и сейчас мало что поменялось. По правде сказать, как только слышу или вижу что-то о драконах, у меня дыхание перехватывает, и сердце начинает биться так, словно того гляди из груди выпрыгнет. Но в моем мире их никогда не существовало, а в вашем они, по крайней мере, были.