Чаша Гальфара

Таким образом мы убиваем сразу двух зайцев.

Корги замолчала, торжествующе глядя на Ханнага. Тот сидел с отсутствующим взглядом, положив подбородок на сплетенные пальцы рук. Рот его кривила легкая усмешка. Казалось, все сказанное только что, он пропустил мимо ушей. Корги ждала, торжествующее выражение ее лица постепенно сменялось гримасой разочарования.

– Хорошо! – Неожиданно громко воскликнул Ханнаг. Корги при этом даже вздрогнула. – Мне нравится. Вот только есть ли гарантия, что их кто-нибудь не расколдует? Я слышал, что и на Земле есть люди, умеющие управлять тонкими энергиями.

– Ты говоришь о так называемых экстрасенсах. Ну их-то можно не бояться, они слишком слабы для такого колдовства. Уверяю тебя, о Господин, никто на Земле не сможет расколдовать их, а через девять дней это будет не под силу, прости, и Стражу Чаши. – И Корги склонила голову в поклоне.

– Ну что ж, в таком случае сегодня же проверь старое "окно". Будем производить переброску через него.

– Но ведь оно давно закрыто.

После нескольких несчастных случаев была запрещена эксплуатация всего комплекса. Там все опечатано.

– Я сказал – старое, – жестко оборвал Корги Ханнаг. – Там, по крайней мере, никогда никаких осечек не было.

– Слушаюсь, Господин, – Корги опять низко поклонилась.

В этот момент у Лимонада неудержимо зачесался нос. Были тому причиной запах сигаретного дыма или пыль, скопившаяся под диваном и попавшая коту в нос – не известно, да и не важно. Важно было то, что как Лимонад ни старался, он не смог удержаться и в конце концов чихнул, уткнувшись мордочкой в лапы.

В разговоре Ханнага с Корги как раз наступила пауза, и чих хоть и получился приглушенным, был все же отчетливо слышен в наступившей тишине.

Женщина и ее собеседник как по команде повернули головы в сторону дивана. Выражение лица Ханнага было злым, почти свирепым, у Корги – удивленно-испуганным.

Лимонад, забившись как можно дальше под диван и сжавшись в комок, приготовился к самому худшему.

Больше всего ему сейчас хотелось провалиться сквозь пол, но пол был крепкий, и деваться было некуда.

Корги быстро встала, подошла к дивану и, опустившись на колени, заглянула под него. Лимонад совсем близко увидел ее настороженное лицо, бегающие по сторонам округлившиеся глаза. Он уже приподнял переднюю лапу и выпустил когти, чтобы вонзить их в руку, которая потянется к его загривку. Но тут случилось что-то странное.