Пришедший изо льдов

Главное поспеть к Митрофану. Девушка боялась за него. Страх хриплым голосом нашептывал, будто она может не успеть. Уйка уже выполнил задуманное Лютом. Где-то там, в лесу истекает кровью ее… друг. Сердце заколотилось. Кто для нее Митрофан? Хранитель – ее друг и точка.

Поднявшись на пригорок, Елизара увидала прекрасные Белозерские просторы. Глиняная дорога извивалась на тысячи верст. Меж зеленых лугов, пахучих до головокружения. За ними возвышалась высоченная гора, поросшая вековым лесом. У самой кромки княгиня заметила фигуры.

Три человека готовились войти в прохладную лесную тень.

– Стойте, – сказал Митрофан, замерев на месте. Он обернулся, разглядывая что-то на горизонте. – За нами всадник.

– Погоня? – с сомнением поинтересовалась Аксинья. Она приложила руку ко лбу, делая козырек от солнца. Ее совсем не смущало, что солнце в другой стороне и потому троица стояла в тени.

– Это девица, – пробормотал под нос Серго.

– Не может быть, – фыркнула Акси, – явственно видно, мужик это. Правда, малахольный.

Щуплый… еще и с косой…

Прищурилась и добавила:

– Пришлый. У нас таких нет.

– На коне царская попона, – тихо проговорил Митрофан. Внутри все холодело. – Это же…

Хранитель недоговорил. Как завороженный направился навстречу всаднику. Он узнал ее. Княгиня Елизара. В городе что-то случилось.

Митрофан встретил княгиню. Бледную, трясущуюся. В глазах леденел страх. Из седла она рухнула в его крепкие объятия.

Он жив. Елизара прижималась к его груди, чувствуя биение горячего сердца.

В какой-то момент княгиня чуть было не поцеловала Хранителя, но вовремя остановилась. Девушка опомнилась и немного отстранилась от мужчины.

Успокоившись в тени старой сосны, под которой Митрофан устроил привал, Колоярова жена поведала троице о случившемся. Обличила воеводу Лютого и его замысел.

– Ух, дела, – цокнула Аксинья, впечатленная рассказом княгини Елизары. – Теперича ему головы не сносить!

Серго кивнул.

– Надобно предупредить Царицу Матушку…

– Да, я так и поступлю, – согласилась с незнакомым красавчиком княгиня, – сейчас же направлюсь в Палаты.

Митрофан, стоявший у ели, рукой провел по изъеденной коре и уверенно заявил:

– Нет, княгиня, не можешь ты в Палаты направляться, – он обвел всех присутствующих острым взглядом, – опасно это. С нами до Волгавы последуешь.

Все молчали. Елизара не стала оспаривать слово Хранителя.

Путники подкрепились рыбой, что с утра наловил и пожарил Серго и углубились в прохладный лес.