Инквизитор

Ты считаешь, что женщин, которые идут в салон красоты ради того, чтобы им раз в полгода делали сто уколов красоты в лицо, или тех, кто раз в месяц добровольно делает депиляцию бикини, можно напугать болью физической?

– Сейчас ты меня пугаешь ещё больше, тогда что? ? Елена с недоверием смотрела на Апостола.

– Я же сказал тебе, никто не раскроет секреты ведения дел, а уж тем более женщине. Давай бокал, пустой уже.

– Тем более женщине? Кто я тогда для тебя все эти годы?

– Леночка, не надо передёргивать, ? попытался обнять Лену, но она всячески сопротивлялась прикосновениям.

– А мать твоя тоже под подозрением твоего этого волшебного отдела? Она же женщина.

– Не волнуйся, защитница сирых и убогих, никто не попадает в разработку случайно.

– То есть только сирые и убогие могут быть спокойны, что вы не станете выворачивать наизнанку постельное бельё и душу в поиске доказательств?

– Лена, тебя несёт! ? мужчина внутренне негодовал, как за короткий промежуток времени Анна смогла очаровать психолога.

Вероятно, Мирон прав: Апостол посчитал рядовым дело, которое требует пристального внимания. Это логично, что при уменьшении количества ведьм увеличивается сила каждой из сохранивших своё предназначение. В совокупности, ненависть и желание отмщения других, уже сложивших свой потенциал в копилку мужской успешности. Или ведьмы смогли сохранить энергию и сложить её. А может, вернуть?

Елена, заметив задумчивость Апостола, решила продолжить откровенный разговор.

– Когда ты проснёшься от давления собственных амбиций на разум, ты будешь сидеть один вот в этих квадратных метрах.

– Тогда я закажу себе восемнадцатилетнюю модель и буду бухать с ней до утра, пока не усну.

– То есть я уже не совсем твой формат? ? Елена смотрела на мужчину глазами, полными слёз.

– Ты сама начала этот бесполезный разговор.

– Ты сломал мне жизнь, я люблю тебя все эти годы, и ты признаёшься сейчас в том, что то, к чему стремился – это возможность пить до беспамятства в компании молодой проститутки?

– Модели, Леночка, модели. Ты же не сказала, что будешь в этот момент рядом со мной. Как там, напомни, одиночество, жрущее кости?

– Мне надо было уйти раньше. Нашей дочери сейчас было бы восемнадцать! Возраст твоей желаемой модели! ? слёзы предательски лились по щекам Елены.