Княгиня Ольга. Стрела разящая

Все ее мысли были во вчерашнем дне и особенно вечере. Отец ничего не сказал ей о последнем свидании с Хаконом, лишь пару раз она поймала на себе его насмешливый взгляд. Да неужели он подумал, что она и впрямь влюбилась в этого рыжего! Но даже опровергнуть это воображаемое обвинение Соколина не смела: было стыдно об этом заговаривать. Поэтому она выехала со двора, едва замечая и прочих ловцов, и взгляды, которые отроки бросали на ее ноги в стременах, видные из-под подола почти по колено.

На ногах были новые высокие чулки, связанные из пряжи, выкрашенной в красный цвет.

Подарок рукодельницы Предславы. Натягивая их, Соколина сообразила, что ведь Предслава еще ничего не знает, и послала Осинку в Искоростень – рассказать все как было. Пусть подруга успокоится: ее драгоценный мордебро… модирбродир… или как его там, вуй, короче, уехал в целости домой, то есть в Киев, и ничего ему больше не угрожает.

Под кручами Искоростеня Свенельда ждал со своими людьми князь Володислав.

Поклонившись с седла воеводе и кивнув его дочери, он продолжал шарить глазами по толпе ловцов.

– Будь жив, воевода! А где же… гость ваш? – крикнул он наконец Свенельду. – Проспал, ли? Поедем или будем ждать?

– Ждать не будем, – хмыкнул Свенельд. – Проспал, значит, проспал.

– Может, еще догонит?

– Может, и догонит! – Свенельд захохотал и пустил коня вскачь.

Видно, и его не тянуло рассказывать чужим людям, как постыдно закончилось знакомство с младшим братом киевского князя.

А ведь мало какое известие сейчас порадовало бы Володислава больше этого!

Растянувшись длинной вереницей по тропам – сперва вдоль реки, потом через лес, поля, луга и лядины – обе дружины ехали довольно долго. Пусть их лежал к охотничьим угодьям искоростеньских князей, куда они пригласили киевского гостя, а отправились в итоге без него. Правда, не сказать чтобы Володислава это огорчало. Он был ловким и лихим всадником: в седле, где его недостаток роста был почти не заметен, он приобретал величавость осанки, которой ему не хватало на земле.

Он ехал во главе дружины, далеко от Соколины, но порой оглядывался, пытаясь найти в строю ее платье, крашенное дубовой корой и крушиной в цвет темного вересового меда.

Ее тоже не тянуло на разговоры. И несколько раз она оглядывалась – не ожидая, конечно, что Логи-Хакон и правда их догонит, но желая убедиться, что этого не произошло.