Огнедева. Перстень Солнцевой Девы

Кроме хозяев, пришли Вестмар с племянником и Святобор с братьями и с Деленей. Виновник драки жил у него в доме на правах пасынка вдовы-дочери, и в случае таких вот происшествий старейшина нес за него ответственность. Вид у Велесова волхва был хмурый, а у Делени по-прежнему задиристый, несмотря на несколько синяков и ссадин. Других старейшин Святобор просил пока не звать: себя он чувствовал кругом виноватым и надеялся решить дело миром и по-тихому, чтобы не позориться перед всей Ладогой. Он сам вчера устраивал пир, где Вестмар выкупил право на пристанище и мир на всю зиму, сам приносил от его имени жертву Велесу – покровителю путников и чужестранцев, сам почти просватал в его род свою дочь – и из его же дома явился тот, кто пытался избить гостей! Одной рукой обнимаю, другой колочу – так про него теперь скажут! В сердцах он чуть не согнал Деленю со двора, но сдержался: от позора это его не избавит, а ума хватало не принимать поспешных решений.

К тому же Даряша рыдала весь день, заодно с ней ревел во все горло и маленький Воята, а Святобор питал слабость к дочери, которой и так в жизни досталось. Ради нее он и принял в дом Деленю – считаясь ее пасынком, парень вместе с тем приходился и все равно что внуком Святобору! Послали же чуры такого вот «внучка»!

Явился также и Селяня, как баяльник, отвечавший за остальных парней-драчунов, и тоже сидел туча тучей. Велемила, которой тут присутствовать совершенно не полагалось, забилась в дальний темный угол и сидела как мышь под веником, надеясь, что ее не заметят и не выгонят.

По родству и по просьбе Яромилы, которая всегда близко дружила с Даряшей, она часто приглашала ту на гулянья девичьей «стаи», хотя обычай дозволял это только для бездетных молодых вдов, и теперь чувствовала себя причастной к происходящему. Ну, не только поэтому…

– Я прошу тебя, воевода, разобрать это дело, – обратился Вестмар к Домагостю. – Мы выплатили деньги и устроили пир для общины, благодаря чему имеем все права на защиту нашего имущества, чести и жизни. Однако сегодня утром около десятка молодых мужчин из Ладоги беззаконно напали на моего племянника Стейна прямо у порога нашего дома и пытались его избить.

Я требую, чтобы нам была выплачена вира за оскорбление и несправедливые побои.

– Я заплачу. – Святобор досадливо кивнул, понимая, что отрицание очевидной вины опозорит его сильнее, чем ее честное признание. – Ты прости, Вестим Альвардович! – Он встал и медленно поклонился. – Я за своими отроками не уследил, мне и ответ держать.