Последний взгляд Марены

– Погребли ли вы их по обычаю, угостили ли душеньки, как положено?

Так бывало почти каждую зиму: лес забирал часть приходивших к нему. Угляна лучше всех знала, что никакие блага не даются даром. И еще знала, что будет, если неправильно проводить умерших дурной смертью.

– Погребли мы их под корнями еловыми, делили добычу с братьями мертвыми, как с живыми.

– Тогда не будет от них вреда. А кого отпустил Лес Праведный, тот пожалуй назад в белый свет! Сбрасывайте шкуры, серые волки, станьте передо мной, добры молодцы!

Угляна взмахнула руками, и волки с визгом бросились на землю: кувыркаясь через головы, они оставляли на земле свои шкуры и личины, вставали в рубахах и свитах – взъерошенные, с юношеским пушком на щеках, с отросшими волосами, дикого вида, но довольные, с улыбками во весь рот.

Из-под личин показались лица. Иные из них были Угляне хорошо знакомы: самых старших она провожала осенью в лес и встречала оттуда по три-четыре раза.

Волхвита скрылась в избе и тут же вернулась с целой связкой разноцветных поясов.

Сотканные из шерстяных нитей, окрашенных корнем подмаренника и конского щавеля, соком черники, корой крушины и дуба, крапивой и березовым листом, чистотелом, цветками нивяницы и велес-травы, каждый имел свое сочетание цветов и узоров, благодаря чему сразу показывал, кто какого рода.

Бывшие волки стали по старшинству подходить к ней, она опоясывала каждого его собственным поясом, оставленным ей на хранение, и приговаривала:

– Был серый волк, стал Задор Путимов сын… Был серый волк, стал Вышезар Красинегов сын… Был серый волк, стал Данемил Звонятин сын… Был серый волк, стал Журяга Нажилов сын…

Парни подбирали свои шкуры, сворачивали, совали в заплечные мешки и короба, радостно оправляли пояса – каждому веселил сердце вид знакомых цветов и семейных знаков, вытканных руками матерей и сестер.

Настоящие имена в лес не брали, и каждый, вновь после долгого перерыва услышав свое родовое имя, ощущал себя заново родившимся в человеческом мире, предвкушал встречу с близкими и радость, которую доставит им своим возвращением.

Два пояса остались в руках у ведуньи – тех, кого забрал лес. Их она отдала Вышезару, чтобы отнес родичам погибших, а те привяжут на погребальные столбы на своем родовом кургане и будут приносить перед ними жертвы в поминальные дни.

– Ступайте, сынки, и да будут к вам милостивы боги в мире людском, как были милостивы в мире лесном! – напутствовала парней Угляна.