Последний взгляд Марены

Ее пробрала дрожь: в глазах их горели сизые огоньки, и весь их мертвенный вид был так неуместен на этой светлой, радостной поляне, что тень куста казалась границей, отделяющей мир смерти, из которого духи завистливо заглядывают в жизнь. Младина сразу поняла: они мертвы, – хотя раньше не задумывалась, могут ли умереть русалки. Видя, что она смотрит на них, они заволновались, заколебались, желая приблизиться и не смея. Вот одна с бессловесной мольбой протянула к Младине руки. Они не могли выйти из тени, показаться на поляне, где сияет, не видимое для смертных, лицо солнечной женщины.

Тогда Младина, воровато оглядевшись и убедившись, что сестры заняты болтовней и ее не замечают, переместилась к кусту: дескать, упарилась на солнце и хочет посидеть в прохладе. Русалки заволновались еще сильнее, будто стебли водяной травы в быстром течении, но по-прежнему лишь простирали к ней руки и молчали. Вблизи она видела, что черная кровь заливает всех четырех – от горла до самого подола.

– Кто вы такие? – дрожащим голосом шепнула она, но уже почти не удивилась тому, что видит не видимое для других и слышит неслышное.

 – Чего вы хотите?

– Мы пришли к тебе, Младина! – отозвалась та, что стояла впереди.

– Мы хотим принести тебе жалобы! – подхватила другая.

– Мы хотим искать мести!

– И мы хотим… чтобы ты позволила нам уйти! – жалобно протянула последняя.

Она была кривобока и стояла, сильно перекосившись, что придавало ей особенно жалкий вид. И кто мог так жестоко обойтись с несчастной?

– Мы не можем уйти, пока наша месть не свершена!

– Не можем уйти, пока не принесена наша жалоба!

– И пока за нас не отомстят, никто не примет даров!

– Пока злодей не будет наказан, наши сестры не принесут росу на ваши поля!

Младина испугалась.

Если русалки не примут жертвы и угощения, откажутся помогать людям растить урожай, то и это празднество бесполезно, да и все тяжелые полевые работы тоже.

– Кто вас обидел? Кому вы хотите отомстить?

– Мы и убиты беззаконным образом, и сама кровь наша взывает о мести! – Старшая показала на свою окровавленную грудь.

 – Топор убийцы подсек нашу жизнь, свалил наземь наши белые тела, уронил в палую листву наши золотые косы! Нам доверили хранить межу, принесли жертвы, заключили ряд, и мы честно берегли доверенное нам. Но когда топор подсек наши кости и жилы, мы погибли и уста наши умолкли! Мы больше не можем передать врученную нам истину и видим, что это грозит немалыми бедами! Никто, кроме тебя, не в силах услышать нас.