Арбатские подворотни

)

В тот день у Тутси как раз было хорошее настроение, потому что знакомый врач, которому они за пятьдесят рэ еженедельно сдавали кровь, позвонил и сказал, что все в порядке, нет у нее СПИДа, этой дурацкой штуки, которую придумали, чтобы отбивать у Тутси и ее коллег клиентуру. Сволочи! Что-то напевая, Тутси уже направилась в ванную, когда опять зазвонил телефон. Она сняла трубку и не очень любезно спросила:

– Ну?

– Доброе утро, мадам Тутси, – услышала она незнакомый голос и сразу же определила: «Гор!»

– О, здравствуйте! Куда вы пропали? – оживленно воскликнула Тутси, словно Гор звонил ей десять раз на дню, а тут вдруг один день пропустил.

– Уезжал, – неопределенно ответил Гор. – Хочу вас повидать. Может быть, мы сходим в спектакль. Около «Националя» идет пьеса, которая называется «Спортивные сцены 1981 года». Про молодежь. Очень интересно. А потом пойдем поужинаем в «Националь». А потом, если пригласите, с удовольствием приду пить к вам ваш замечательный кофе.

– Идет, – согласилась Тутси, не раздумывая. – Перед театром встретимся.

– Зачем, я заеду за вами.

– Нет-нет, лучше перед театром.

Тутси не хотела говорить Гору, что живет-то она не в той «служебной хате», возле Госкино, а совсем в другой. И телефон она ему дала именно этой, жилой, а не той, где он тогда отхорил ее.

Вся эта нелепая конспирация раздражала ее. Обычно номер телефона своей настоящей квартиры она никому не давала, то была ее крепость. И почему она ни с того ни с сего дала этот номер Гору, она и сама не смогла бы объяснить.

Театр! Не то чтоб она очень стремилась туда. Но, в конце концов, за вечер платит Гор, и, если он хочет часть его провести в зрительном зале, а не в постели, это его дело. Лишь бы платил. А что он не скупердяй, она уже убедилась.

Встретились у театра. Гор стоял у входа в строгом синем костюме, в белой крахмальной рубашке с лиловой бабочкой, с плащом на руке. Тутси всегда одевалась профессионально, т.

 е. не просто красиво и дорого, но еще и соблазнительно. Очень глубокие декольте, очень обнаженные руки, очень короткие юбки, очень обтягивающие кофточки. А поскольку фигура была у нее великолепной, то туалеты неизменно производили соответствующее впечатление.

Так было и на этот раз. Мужчины и женщины провожали ее взглядами. Нельзя сказать, что чувства, которые выражали эти взгляды, совпадали. Скорей наоборот. Так или иначе они льстили ей.