Воля камня

Она впервые сожалела о содеянном. Самым смешным было то, что ей даже не нравился Эйнор. В нём не было ничего плохого или отталкивающего, но не было и ничего привлекательного. Он был достаточно высоким, но не крепким, из-за чего смотрелся долговязым. В нём не чувствовалось решительности; казалось, он сам не знал, чего хочет, и даже не задумывался об этом, заранее покоряясь воле родителей, ведь так положено. Миэлла поцеловала его, только чтобы «щёлкнуть по носу» сестру, которая слишком уж возгордилась после того, как родители нашли ей жениха.

Она – будущая хозяйка родового поместья, она – замужняя дама… Теперь Миэлла понимала, насколько это всё было глупо. Пусть гордится своим Эйнором-размазнёй, и чем ещё она там хочет гордится. Миэлле, в сущности, всё равно, хоть и неприятно… Назад теперь уже ничего не вернёшь. И куда она могла подеваться? Скорее всего, сидит у реки, она любит шум реки, особенно вечером, когда всё стихает. К утру вернётся, никуда не денется. Миэлла даже не будет подшучивать над ней.

Но всё обернулось не так. Утром Эйнор попросил разрешения увидеть Айгунн, и, получив уклончивый отказ, рассказал родителям невесты о происшедшем вчера. Он взял вину на себя, сказал, что поддался минутному порыву. (Узнав об этом, Миэлле захотелось его ударить). Сказал, что по-прежнему хочет взять в жёны Айгунн, и надеется, что она сможет простить его. Просил прощения у Миэллы. Узнав, что Айгунн пропала, Эйнор сразу же предложил организовать поиски; скандал его не пугал.

Айгунн так и не нашли. Замок обыскали сверху донизу, обыскали деревню и даже близлежащий лес. Ездили в соседний городок Стембриг, заглянув во все расположенные по пути деревушки. Нигде не нашли ни следа Айгунн; никто её не видел. Время текло, а поиски не давали результата. Когда все варианты были исчерпаны, поиски прекратились. Выждав положенное время, Айгунн признали пропавшей без вести. Вскоре после этого Эйнор сделал Миэлле предложение, и ей ничего не оставалось, как принять его.

Свадьба была очень скромной; было приглашено лишь необходимое количество свидетелей.

Когда Эйнор рассказал Велларам о причине исчезновения Айгунн, родители впервые посмотрели на Миэллу с укором. Не было ни обвинений, ни скандала, но этот укор в их глазах ранил сильнее, чем пощёчина Айгунн. Однажды появившись, этот укор так и не исчез из их глаз окончательно; в общении с родителями появилась преграда, которую Миэлла не могла преодолеть.