Солнце встает над ними

Он не раз слышал от коллег, о непростых отношениях судьи с дочерью, о том, как отец жаловался на дочь, тем самым вызывая сочувствие окружающих. Ему даже не нужно было личного вмешательства, надолго дочь в отделении не задерживалась. А бывало, отец не прочь был проучить ее как следует, дескать, пускай посидит, подумает. Но сегодня явно что-то пошло не так. Яковлеву сделалось не по себе от одного его взгляда. В слабоосвещенном углу стоял невысокий, полный светловолосый мужчина средних лет в сером пальто.

Его впалые, тяжелые мутно-серые глаза словно смотрели напрямик в душу, точно он сошел с портрета из фильма «Прикосновение».[10 - Х/ф «Прикосновение» (1992) – первый российский фильм ужасов.]

– Это невозможно. Гражданка Маркова задержана по подозрению в убийстве, – оправдывался следователь, он сам не понял, как попал под его мистическое обаяние.

– Я, кажется, ясно сказал, произошла ошибка, – продолжал отец. – Девушка должна пойти со мной.

Яковлев мельком глянул на худенькую, перепуганную девушку.

Ему вдруг почему-то стало жалко ее.

– Я жду, – настаивал отец.

– Повторяю, это невозможно, – сказал следователь.

Казалось, у отца заканчивалось терпение. Неприятно скрипнув мокрыми ботинками по линолеуму, он тронулся с места, чтобы подойти к дочери. Девушка, обеими руками вцепившись за сидение, на котором сидела, и медленно крутя головой шептала:

– Не подходи!

– Покиньте кабинет! – осмелев, потребовал следователь.

– Завтра же вы пожалеете о том, что не отпустили девушку сейчас со мной, – сказал отец, не отрывая взгляда от дочери. Он ушел, оставив за собой открытую дверь.

По коридору раздавался гул. Следователь какое-то время озадаченно смотрел ему в след.

– Смело, – подметила Кристина. – Может, все-таки закроешь дверь, Яковлев? – сказала она, неторопливо снимая с себя куртку, не вставая со стула.

Яковлев закрыл дверь и вернулся за стол, вновь достав из кармана сигарету.

– Он что, за патрульной машиной бежал? – сказала изумленная быстрым появлением отца девушка.

Безуспешно пытаясь прикурить, он занервничал.

– Угощайся, – протянув следователю, огонь дорогой зажигалки, сказала Кристина. – Спасибо тебе, не часто за меня так отважно заступаются.

Яковлев прикурил.

– Дарю, – положив зажигалку на стол, сказала она.

Девушка скинула грязные ботинки и задрала ноги на стул, крепко обхватив руками колени.