Долгострой

– То есть вы получали угрозы? – уточнил Горлов, делая пометки в своем блокноте.

– Не напрямую! Намеками!

– Они были выражены в устной форме или, может, сообщения, письма на электронную почту?

– Нет. В устной форме, по телефону.

– И вы полагаете, что Ваню могли похитить и скинуть с окна этой заброшки.

– Я в этом уверен! – Олег Леонидович снова наполнил снифтер.

– Вы обеспеченный человек. Почему мальчика не забирал со школы водитель?

– Да вы смеетесь! Тут идти через сквер двадцать минут пешком без переходов через дорогу.

– А он мог сам прийти на эту заброшку? Может, мальчики собирались там после школы?

– Не могу сказать. Я часто отсутствую по работе. Воспитанием сына занималась жена.

– Я могу с ней поговорить?

– Нет! Вику забрали в больницу с острым сердечным инфарктом, она сейчас в реанимации.

– Олег Леонидович, я очень соболезную вашему горю. Но пить – это не лучший выход из ситуации. Извините, мне пора идти, – Горлов поднялся с кресла и направился к выходу.

Олег Леонидович, снова опустошив снифтер, пошел его проводить.

– Скажите, в день убийства не было ничего необычного? Может быть, мальчик как-то странно себя вел или ему кто-то позвонил? – уже на выходе, стоя в дверях, спросил Горлов.

– Несколько дней я отсутствовал дома, – отрицательно покачал головой Олег Леонидович, в его взгляде читалось чувство вины.

– Спасибо! Как будет что-нибудь известно, мы с вами свяжемся. Если вы вспомните что-то еще, пожалуйста, сообщите мне, – попросил следователь и, протянув ему визитку, вышел из квартиры.

Глава 3. Траур в школе

Когда следователь зашел в школьный холл, сразу увидел фотографию погибшего Вани. С наклеенной на угол черной ленточкой, она стояла на столе вместе с букетом из шести гвоздик и толстыми горящими свечами. Сегодня был объявлен день траура по погибшему ребенку и проходила минута молчания в его честь.

– Молодой человек, вы к кому? – уточнила у Горлова женщина, сидящая на вахте.

Следователь молча показал ей свое удостоверение.

– А, так вы по поводу Ванечки, – с ходу догадалась она. – Знаете, странно все это. Ведь он был очень веселым мальчиком, а тут как будто подменили. Стал замкнутым, молчаливым и все в телефон пялился.

– Скажите, а в день трагедии он сам ушел со школы или, может, его кто-то встретил?

– Нет, один. Ребята его звали в футбол поиграть, а он даже ничего им не ответил, прошел, словно зомби.