Западня

Я бросился бежать по коридору и перевел дыхание только тогда, когда за мной захлопнулась тяжелая дверь одноэтажного старинного особняка. Порыв ветра принес холодные капли дождя. На ступенях все ещё сидел нищий попрошайка. Постойте. Да это и не нищий вовсе. И не попрошайка. Человек средних лет, одетый в форменную одежду, которую обычно носят маляры или рабочие строительных специальностей, повернулся ко мне. В его усталых глазах читалась укоризна.

– Помогите мне встать, пожалуйста, – попросил он.

Я смутился и протянул ему руку.

– Я ведь только хотел предупредить вас, что появляться в «Тридевятом царстве» опасно, – произнес Строитель.

– Вы всех предупреждаете?

– Сегодня утром вы вели себя достойно. Хороший коньяк в раковину вылили, а тут оплошали, – неторопливо продолжил он, игнорируя мой вопрос.

«Так. За мной следят», – крутанулась в голове рулетка бредовых представлений. День был до отказа наполнен невероятными событиями. Я устал и просто стал ждать, когда колесо, заменяющее здравый смысл, остановится.

Таинственные спецслужбы прекрасно компоновались с фирмой «Тридевятое царство».

– Да не из спецслужб я, – продолжил нищий попрошайка, строитель или вообще Неизвестно Кто Такой, – у меня есть особый дар или скорее наказание. Выплеснув коньяк, вы подумали: «Куда же в таком случае исчезает душа?» Правильно? Можете не отвечать, но понять должны, что душой завладеет Некая Третья Сила. Вот расхожее выражение: « человек пропил свою душу». Да, может и всю пропил, а может немного осталось.

Алкоголик уже у них в сетях, но нет, им всё мало. Целитель кодировать начинает. Вам показали на экране, как это происходит. Но «лечебных» фрагментов в «Тридевятом царстве» просто нет. У них собираются куски душ черные, да гнилые. Для лечения используются части душ родственников больного. Например, их детей или внуков. После такой «хирургии» внук становится неуравновешенным и тянется к наркотикам.

– Что за бред…

– Не перебивайте, пожалуйста. Идет невидимая война. Вот вы пить бросили.

На вас нажим усилили. С сыном проблему подкинули. Вы уже в «Тридевятом царстве» душу сына размениваете, а вам на всякий случай, вдруг с крючка сорвется, «ангела» подсовывают. Это ведь не ангел вовсе, а ещё немного и вы бы на неё молиться стали, как на идола.

– Перестаньте, я сейчас иду домой. Я не верю ни единому вашему слову, – перебил я Строителя. Он вздохнул, махнул рукой и сел опять на ступени лестницы у старинного одноэтажного особняка.