Игра Судьбы. Ветер и Роза

– Не хлопочи ты, – тихо осадил жену Гилар, – не голодный я, у старосты ужинали. Садись-ка вот. О детях наших скажу.

Зашелестело платье, когда Танира усаживалась на лавку. Кейрэн, даже не видя мать, живо представлял себе, как она сейчас сидит, скромно сложив руки на своём длинном фартуке, и, склонив голову, не поднимая взгляда, покорно слушает мужа. Она всегда так делала.

– Ингаретту нашу я пристроил. Микар, сын старосты, к ней давно уж присматривается. Свататься придёт по осени – о том и толковали допоздна.

Ты не вздыхай так – Оллина тебе в помощницы останется, девчонка она расторопная, а без старшей сестры и сама быстрее поймёт, что значит хозяйкой в хате быть.

Мать ничего не отвечала. Должно быть, просто кивала отцу, и глядела в пол.

– Скажешь там Ингаретте, чтоб готовилась. И если слёзы надумает лить – времени ей как раз до конца лета.

– Да не надумает…

– И славно, – отец поднялся, – нечего попусту. Лучшего жениха ей тут не сыскать – не столичная, чай, барышня.

Он вдруг хмыкнул, и умолк. Молчала и мать. Молчал и Кейрэн, затаив дыхание. Он понимал, что это вовсе не конец разговора, и это не на шутку тревожило мальчика.

– Я про Кея решил, – смутные опасения, похоже, начали оправдываться. Мальчишка, не шевелясь и не моргая, старался вслушиваться в каждое слово отца. – Толку здесь с него нету, да и не будет. Если ума боги не дали – он и не появится, сколько книг этих не читай. А он на то и годен только.

Так вот пусть тем и занимается. Но не здесь, а в столице.

Мать ахнула. Кейрэну показалось, что сердце его перестало биться.

– Да как же его, Гилар, в столицу? – когда Танира, наконец, подала голос, он был ломким, неуверенным, как тонкий лёд по осени. – Здесь-то Кей при нас, при каком-то хоть деле, под присмотром. А там кому нужен будет?

– Ты бы не причитала впустую, а вещи ему собрала в дорогу, – мрачно велел отец. – По мне-то дело решенное.

– Ой, – мать горько вздохнула, и начала тихонько всхлипывать.

 – Так куда же там он?.. В школу?..

– В школу… да не в школу, – отец усмехнулся, будто горечи в рот набрал. – Гонец-почтовик нынче в деревню нашу приехал. Я когда у старосты был, так и он там. Лист новостей из столицы читали. В этом году снова там учеников берут в Академию их главную, Вент де Россу, и всех смышлёных детей, кто по возрасту подходит, могут взять – не считаясь с чинами, родом и достатком.