Я + ОН

Пообедали мы с ним в китайском ресторанчике, и поехали к нему на квартиру (в наследство ему от дядьки осталась). Небольшая, но приличная однушка, почти центр, рядом метро, есть балкон. Ремонт – опять же дело его рук, квартира не совсем правда оборудована мебелью и техникой, но есть всё необходимое, а главное для нас – большой диван…

Звонки от мужа повторялись сначала каждые 15 минут. Он постоянно спрашивал, где я нахожусь, он обо всём догадывается… Я даже выходила на балкон почти раздетая, чтобы слышен был шум с улицы в трубку.

Врать надоело, я уже не стала отвечать – тогда он стал звонить непрерывно,… в конце концов, послала смс, что я в метро, телефон садится, и выключила его, но уже было невозможно расслабиться. Меня снова охватил страх разоблачения. День был испорчен, да и сапоги так и не нашла.

Обратно домой мы ехали почти молча, я знала, что придётся выкручиваться, лгать, а обмануть моего мужа практически нереально, он знает меня досконально, чувствует даже на расстоянии.

Я вышла из машины задолго до моего дома. Мне предстоял самый ужасный разговор в моей жизни. Дома Димы не оказалось, он поднялся почти вслед за мной.

– На чём ты приехала?

Я знала, что он мог проверять поезда, и сказала, что была в автобусе, вышла не на конечной остановке, а попросила остановиться ближе к дому.

– Не ври, я встречал все автобусы и спрашивал у водителей – никто не выходил раньше.

Мне ничего не оставалось, как рассказать правду, не всю, разумеется.

О том, кто меня подвёз домой, как мы встретились в Питере, искали мне сапоги и обедали в ресторане. Дима смотрел мне в глаза и не верил, потом неожиданно схватился за сердце и повалился на кровать. Ну, разве можно так себя доводить? А ведь это я виновата! Мне стало жутко страшно, что я могу потерять его, семью из-за каких-то мимолётных встреч. Я подсела к мужу.

– Я люблю тебя, я не хочу лгать, не буду больше с ним встречаться, не стоит того.

Я верила в свои слова и хотела одного – чтобы этот разговор закончился.

– Клянись Богом, что вы не любовники, только тогда поверю.

Это был запрещённый приём, он знал, как я серьёзно отношусь к религии. Я пыталась возразить, но он бы не отстал, до тех пор, пока не получил ответ. Мне пришлось солгать для того, чтобы мне поверили – ну не парадокс ли… Теперь на мне лежит огромный грех, я боюсь, что Бог отвернётся от меня и даже мысль, что это сделано во благо семьи не утешает.