Песня вересковых топей

Милый, расскажи Элизабет про миссис Андерсон!

– Да что тут рассказывать? – Рэй наконец-то оторвался от стены и принялся пропиливать взглядом Бесс, – Пропала у нашего адвоката жена, вскоре нашли тело в болоте, никак опознать не могли. Потом по фамильному перстню на пальце поняли, что это она. Жаль немного, – Рэй явно скучал, устав от болтовни жены.

– Нет, дорогой, расскажи все! У неё же в сундуке обнаружили…

– Я уже жалею, что сказал об этом тебе! То была тайна следствия, а теперь о ней знает весь город! – резко поднявшись из-за стола, он попрощался.

 – До свидания, Элизабет, нам уже пора.

Громко споря, пара вышла из дома. Кажется, это то, о чем Бесс мечтала весь вечер: тишина и покой. Смертельно устав, она лишь выпила чай, забрала Нетта к себе в постель и легла спать.

Глава 3

*

Пахло ладаном и старыми книгами. В гостиной небольшого викторианского особняка коптили сальные свечи, и в их слабом свете виднелись силуэты двух девушек, сидящих у потухшего камина.

 Бесс не видела их лиц, словно всё было окутано туманом.

– Энни, я слышала, что отец совсем плох. Это правда? – спросила блондинка.

– Врачи разводят руками. Говорят, что все, что нам остается делать – это ждать, – шатенка пожала плечами, – странно все это. Сначала отец, потом и… – она резко осеклась.

Что-то чёрное влетело в распахнутое окно и принялось метаться по комнате. Энн взвизгнула и спряталась за спину старшей сестры. Погасли свечи.

– Что за чертовщина?.. – голос Мэри задрожал.

Внезапно раздался резкий стук, и все затихло. Сестры сидели с минуту, не смея двинуться. Наконец, набравшись храбрости, старшая нащупала в темноте коробок и зажгла спичку. С оконного стекла стекало что-то темно-бордовое. Младшая закричала.

Трясущимися руками Мэри зажигала свечу за свечой, пока в комнате не стало светло настолько, чтобы увидеть мертвую чёрную птицу, разбившуюся об стекло.

– Это очень, очень дурной знак, Мэри! Мне страшно!..

**

Бесс проснулась в холодном поту.

В комнате все ещё пахло ладаном. Ощущение было такое, будто бы она и не засыпала, а продолжала читать, но закрытая книга лежала на комоде, и свет был выключен.

Будучи по натуре своей очень впечатлительной, девушка принялась бормотать считалку, чтобы отвлечься от дурных мыслей. Не выдержав тревоги и поняв, что больше не уснёт, пошла заварить себе кофе. Что-то внутри мешало дышать, волновало её, и почему-то нестерпимо тянуло выйти на улицу.