Железная лея. Дорога в Кирт

Вполне возможно, она бы просто проигнорировала его. Но не сегодня. То, что он предлагал, было интересно. Запрещено и интересно. А ещё обещало избавление от болей. И она этого хотела. Тогда… Тогда она смогла бы делать всё, что ей предписывалось как Верховной. Но понравится ли это отцу? Девушка не знала. Императора она видела только во время приёмов, и если бы не парадный портрет в библиотеке, то она бы не была уверена, что сможет вспомнить его лицо, поэтому говорить о том, что она знала, что ему может понравиться или не понравиться, принцесса не могла.

Внезапно в её сознании снова всплыл завтрак, и она вздрогнула. Её пугала не сама еда. До того, как за несколько месяцев до посвящения её не начали закармливать, она любила блюда, приготовленные императорским поваром. На самом деле это было одно из событий её дня, которое она ждала с нетерпением. Но всё изменилось, когда порции внезапно стали в несколько раз больше, а ей запретили ходить в храм из-за проблем со здоровьем.

Эти два события в её голове были связаны между собой, поэтому за последние два года еда для неё стала воплощением того, чего она боялась больше всего. Одним из сильнейших её страхов был страх оказаться запертой не только в своих покоях, но и в собственном теле. Не так давно её начали мучить кошмары, в которых она не могла даже встать с кровати. Она звала Марту, но та не приходила. Потому что принцесса не издавала ни звука. Она пыталась услышать, но ничего не слышала. Она пыталась видеть, но перед глазами была темнота. Она пыталась почувствовать, но ничего не чувствовала. Сны становились всё чаще и ярче. Иона надеялась, что после церемонии они прекратятся.

Воспоминание о снах утвердило девушку в своём решении.

Незаметно для Ионы в комнату вернулась Марта и встала на своё обычное место – за правым плечом принцессы.

Через несколько секунд принцесса услышала решительные шаги своей доверенной дамы. Девушка кивнула мар, и та скрылась за ближайшей портьерой.

Мари постучалась, и испросила разрешения войти. Когда она его получила, то сообщила принцессе, что слухи начали распространяться и к вечеру весь двор будет судачить о возможной влюблённости принцессы.

Когда доверенная дама ушла, Иона впервые задумалась о своём поступке серьёзно. До этого её во многом двигало отчаяние и желание вырваться из своей комнаты. Быть жрицей Диру. Принцессой.