Снук и близнецы. В стране говорящих игрушек

Ведь скольким детям даже такой шанс не выпадает, верно? И пусть все остается на своих местах, как говорит наш папа: мы – там, Снук – здесь… И вообще: разве мы уже расстаемся? У нас же впереди еще несколько дней! Зачем же сейчас обо всем этом думать? Еще рано! Да, еще очень рано думать о грустном!

Похоже, что Алена размышляла о том же, потому что, наклонившись к моему уху, она прошептала:

– Как бы там ни было, а я ничего забывать не собираюсь. Но и получить вместо нашего Снука простого плюшевого мишку тоже не хочу.

– Согласна, – прошептала я в ответ.

– И ведь нас еще не выгоняют, – продолжила сестра. – Чего мы уже сейчас переполошились? Мы ж все-таки на праздник приехали, верно?

– Верно, – кивнула я.

Наблюдавшая за нами Клементина снова улыбнулась, встала из-за стола и произнесла:

– Славные жители и дорогие гости Говорляндии! Надеюсь, вам понравилось праздничное угощение. Я приглашаю всех в танцевальный зал! Я приглашаю всех вас к нашей новогодней Разноцвелке!

Куклы и зверюшки стали выбираться из-за своего длинного низенького стола и вслед за Клементиной направились к дверям, ведущим, по-видимому, в следующий зал королевского дворца.

Мы с Аленкой помогли Снуку выбраться из его высокого стульчика. Обхватив нас за шеи своими мягкими плюшевыми лапками, он прошептал:

– Спасибо…

– За что? – удивились мы.

Снук смущенно потер лапкой нос-пуговку, опять что-то забурчал и наконец ответил:

– Ну… за то, что вы усадили меня за стол с королевой…

Мы улыбнулись, подхватили на руки нашего медвежонка и вместе со всеми пошли в танцевальный зал.

Глава девятая

КОРОЛЕВСКИЙ БАЛ

Оказывается, Разноцвелка – это самая обыкновенная новогодняя елка, только с цветными иголочками. Точнее, с разноцветными, потому так и называется.

– Вот бы и нам такую! – позавидовала Алена. – Смотри, сколько иголочек и все-все разных цветов! Здорово!

Разноцвелка стояла в самом центре танцевального зала, а слева мы увидели настоящий игрушечный оркестр.

Выглянув в окно, я увидела, что на улице довольно светло, а тем не менее большие часы, висящие на стене зала, показывали без десяти двенадцать.

– Сейчас ночь или день? – спросила я у Ее Величества.

– Ночь, – ответила Клементина. – Новогодняя ночь. В отличие от вас в нашей стране Новый год еще не наступил.