Вниз по течению. Книга вторая

Хотя у нас и беременным такого не присылают, у Маринки вон спроси. Даже дети здесь столько сладостей за всю жизнь не видели, сколько в этой коробке… Сейчас домой за яйцом сбегаю, тесто заведу, будет шоколадный торт со сгущёнкой – язык проглотишь.

– Да погоди ты с тортом! – простонала Натка, и начала медленно сползать с печи, – Лучше скажи – всем так хреново после лабы бывает, как мне сейчас? Я ведь неделю уже отойти не могу, а самое поганое, что лучше совсем не становится… Это нормально вообще?

Рая успокоила её.

– Это-то как раз нормально. Тебя ж закодировали, и тут же заставили кодировку сорвать – ещё бы плохо не было! Всем после лабы худо, кто и вовсе не выдерживает… кладбище же видела.

– Видела, – Натка доковыляла до стола, облокотилась на него, обвела глазами продуктовое изобилие, – Рай, а тебе? Тоже очень плохо было?

Женщина затуманилась.

– Физически плохо, конечно. Но за мной в такие дни Боря ухаживал, не отходил от меня. И поесть приготовить, и с ложечки покормить, и постель сменить, и до туалета довести… я себя такой любимой чувствовала, что все страдания забывались.

А с тех пор как он ушёл меня в лабу и не возили. Давненько уже что-то. Хотелось бы верить, что забыли, да только… ничего они не забывают. Даже думать не хочу, как мне после тестов без Бори будет…

– Я у тебя поживу, – пообещала Натка, но Рая, казалось, не услышала.

– И за него переживаю. Он всё это ещё тяжелее моего переносил. А Маринка-белоручка разве станет за ним ходить, как надо? Да и родит скоро, не до Бори ей будет.

Ох, господи, помоги нам обоим ещё год выдержать! Столько уже терпели, дай сил ещё немного потерпеть…

– И мне сил… – невольно вслед за Раей пробормотала Натка, опускаясь на стул, – Мне ещё целых пять лет силы нужны…

– Милая! – Рая подошла, взяла её ладони, сложила их вместе, словно для молитвы, – Ещё не поздно передумать. Выходи замуж! Роди ребёночка, и тебя оставят в покое. Пять лет – это очень долго! В лабу таскать станут каждые три-четыре месяца, и раз за разом там всё хуже.

Если думаешь привыкнуть, то не получится, нельзя к этому привыкнуть! Я сама удивляюсь, как умом не тронулась до сих пор, и не знаю, выдержу ли последний год. Но мне бог не дал иметь детей, а ты сможешь, подумай!

Натка не вырвала ладони из рук соседки, не стала закатывать глаза и раздражаться, как раньше, когда та пыталась убедить её в необходимости принять единственно верное, по её мнению, решение.