Медленная река

Его природное хладнокровие и спокойствие играли ему на руку: в нужные моменты они то остужали его чувства ко мне, то раздували их вновь.

Я же горела постоянно. Этот огонь заставлял меня плакать от счастья, с почти материнской силой окружать его заботой, а потом рыдать по ночам и ненавидеть всех его новых подружек. Ураган, в котором мы оба оказались, не мог не смести других людей, которые пострадали от него. Такую же хладнокровную, как Джеймс, Алисию, его бывшую девушку, которая в свое время казалась мне нежным цветком, и худощавого меланхоличного Кевина, влюбленного в меня весь период моих метаний.

В этом же урагане я потеряла и свою подругу Аманду, с который мы мечтали объехать вместе полмира и повеселиться на свадьбах друг друга.

Если бы я видела все это, то, наверное, относилась бы к отношениям с Джеймсом не более чем, как к приятной беседе. Но я не видела. Мне казалось, что мы с Джеймсом понимаем друг друга, как никто другой, что большей любви мне не найти и что долгий, жестокий и полный слез роман с Люком лишь подтверждает это.

Я хотела написать Джеймсу множество раз, часто вспоминала его и пересказывала наши счастливые моменты всем, кому могла: маме, сестре, моей лучшей подруге Ванессе, Эбби, Бренде и другим моим замечательным друзьям – Эшли и Селин. Я была уверена, что впереди нас с Джеймсом ждут счастливое будущее, уютная квартира, дети и воскресные выезды за город с собаками. И в тот мартовский вечер, несмотря на расшатанные нервы и все еще привычную подавленность из-за Люка, я была преисполнена надежд как никогда.

Возможно, мной двигала не только любовь к Джеймсу, но и страх. Полтора года я жила своей жизнью в Нью-Йорке, занималась журналистикой, находила новых друзей, заводила отношения, но все это время в моих мыслях неизменно всплывал Джеймс. И к той весне я начала бояться того, что больше никогда не смогу никого полюбить так же сильно и крепко. А любовь вперемешку со страхом могут заставить даже сильного духом человека обратиться в панику.

Я никогда не казалась себе более слабой, чем в тот странный год.

Глава 2

– Слушай, я не знаю, что ему еще написать. Надо что-то умное, я уже спросила утром, как дела, и даже не получила ответного вопроса.

Бренда подняла глаза от стопки тетрадей с домашними заданиями ее учеников по китайскому и положила себе еще порцию мясных шариков в тесте и остром соусе. Обычно мы жарим их, когда лень приготовить что-то более существенное и требующее времени.