Пособие для настоящих волшебников

Руки заныли, будто в них и сейчас врезались туго затянутые веревки, голова отозвалась раскалывающей сознание болью, в глазах защипало от дыма, душу обожгло отчаянием. И крики, крики, они звучали отовсюду: «Ведьме – пламя! Тебе гореть! На костер!» Костер, костер, костер… И огонь подбирается к одежде, к распущенным волосам, к так остро чувствующей сейчас коже…

Иве хотелось кричать, но звуки не пробирались сквозь сведенную гортань. Повинуясь инстинкту самосохранения, девушка рванулась вперед и свалилась с кровати.

Сознание прояснилось только сейчас. Знахарка сообразила, что находится в родном доме и ей ничто не грозит.

«Как бы не так!» – тут же подумала она. Ощущения не могли ей соврать. Ива принюхалась. Запах определенно чувствовался. И он не от печки или треноги с жаровней. Он снаружи. И крики.

Девушка похолодела. За стенами родного дома кричали. Не предупреждая об опасности и не от горя. Каждая доносящаяся до травницы интонация вопияла о том, что хотят причинить зло, хотят уничтожить.

Стоило осознать это, как она получила материальное подтверждение своим страхам – в окно со звоном разбившегося стекла влетел камень. Вместе с ним ворвались, словно захватчики в беззащитную деревню, чужие вопли. Речитативом твердили они лишь одно: «Ведьме – пламя!» История повторялась. Только сейчас все это происходило в ее родном доме, ее родной деревне. В месте, где она выросла.

«Они все-таки добрались до меня, – мелькнула обреченная мысль. – Они столько лет мечтали об этом. Столько лет это висело надо мной.

Я даже сбежала от них. Но стоило мне вернуться, они не упустили своего шанса… И я все-таки сгорю. Сгорю, как настоящие ведьмы никогда не сгорят. Как горят дурочки вроде меня – знахарки с магическим даром… Хорошо, что тетушки сегодня тут нет. Она не должна этого видеть. Ло… Гоблин побери, где Ло?! Они же… они же и его! Нет!..»

В этот момент Ива почувствовала, что ярость наконец просыпается в ней. Ее пробудили не столько мысли о вампире и тетушке, просто в какой-то момент чаша переполнилась.

И в ней не оказалось места страху, отчаянию и обреченности. Знахарка зарычала и вскочила с пола. Она не отдаст им родной дом. Защитит этот оплот ее счастья, женщину, которую считала матерью, и возлюбленного, который ради нее забрался в такую даль.

Сила, сумасшедшая и сокрушающая, проснулась чуть ли не в костях и мгновенно охватила девушку с головы до ног. В следующий момент дверь ударилась об стену. И Ива двинулась вперед.