Пять дорог

Долгие занятия в Университете научили ее напрягать магические силы до предела, тем самым увеличивая их. Она могла перелетать на значительные расстояния, трястись весь день в седле, а позже танцевать в трактире, если случалось такое настроение. Поэтому гаргулья даже не предполагала, что простой физический труд может ее так вымотать. Странно – ведь не нужно ни бегать, ни прыгать, ни уворачиваться, поднимай себе камни и перетаскивай подальше. Один камень, второй, третий, четвертый… Бери сверху и оттаскивай подальше, чтобы не замуровать себя саму.

Потом следующий. И следующий. И еще один.

Проклятье, она же сама каменная! Это не должно быть тяжело! Она же выносливая! Она сильная! Сильная!

Тупая, монотонная работа в почти полной темноте выматывала. За три часа Дэй удалось разобрать лишь малую часть завала, не больше шага в глубину. Камни то и дело осыпались, стоило сдвинуть хоть один. На их место пребывали новые, занимая уже расчищенное пространство. Когда случился очередной такой обвал, гаргулья опустилась рядом на колени и тихонько застонала.

Сколько часов, сколько дней уйдет, чтобы добраться до Ло? Насколько далеко тот успел отбежать?

«А может, ему удалось не попасть под обвал? – тихо предположил кто-то внутри. – Он же быстрый – ушел, выскользнул из его смертельных объятий. И теперь ищет проход в этот лаз? Или вообще отправился домой? Потому что искать что-то в этом лабиринте без амулета занятие безнадежное. А ты тут корячишься. Между прочим, мир сам себя не спасет, между прочим. Ребята и принц на тебя рассчитывают».

Как же хотелось в это верить, не сбивать больше пальцы об камни, не таскать тяжести, не видеть, как только что очищенное пространство вновь заполняется тяжелыми булыжниками, делая труд бесполезным.

Дэй с трудом поднялась. Выбора нет. Нужно найти Ло. Или убедиться, что его нет под завалом. Пусть она дура, пусть вампир уже где-то попивает коктейль, но если она вернется, а он нет, ей всю жизнь придется жить с мыслью, как медленно он умирал под бесконечным грузом камней, в глубине, в темноте, в тишине…

Гаргулья взялась за очередной булыжник.

«Дурацкая была идея – отправиться всего втроем в эти подземелья. Надо было сразу понять – нам тут не выжить. И мир, похоже, уже не спасти. Разве что остальные как-то подсуетятся…» По каменной щеке прокатилась одинокая слеза. «Гоблинская женская натура. Как я умудряюсь плакать даже в этом обличии?»

В глубине, в темноте, в тишине…

«Нет, нет… нет… я не дам ему так умереть… Не дам».