Свобода не любить

Предупреждая другие ваши вопросы, отвечу сразу: да, есть и другие причины возможного непоступления в университет. Например, если вы откажетесь следовать правилам, обязательным для всех его учеников. В частности, для вашей расы будет актуально обещание не доводить до смерти или критических повреждений никого, пока вы считаетесь адептом нашего университета.

– А потом можно? – развеселилась девушка.

– А потом уже это не наше дело, – усмехнулся в ответ эльф.

– То есть вы распознали мою расу?

– Да, вы демон расы суккуб.

Необычная гостья в наших краях, поэтому мне будет интересно понаблюдать за вашим здоровьем. Что ж, госпожа Эли, ваши подруги уже заждались. Думаю, вам стоит пройти к приемной комиссии. Держите бумаги.

– Спасибо. Кстати, как они? Девочки, в смысле.

– Все в порядке, оборотничество младшей не передается ни при царапинах, ни при укусах. Таким оборотнем можно только родиться.

– О-о-о, – Айлла поправила локон и еще раз улыбнулась. – А я не узнала ваше имя, доктор.

– Доктор Лийданиил к вашим услугам, – сухо ответил лекарь. – Идите уже, госпожа Эли, у меня скоро будут новые пациенты.

– Прям пациенты, – не смогла удержаться демоница. – Может, просто посетители.

– Пока я не передал существо коллеге мастеру Задеалу, оно – пациент, даже если еще не знает об этом.

– Мастеру Задеалу?

– Да, нашему некроманту.

Айлла засмеялась, еще раз поблагодарила и вышла.

В соседней комнате ее ждали обе подопечные, кинувшиеся к ней так, будто она вернулась с войны.

Суккуба же больше всего поразила Мици, ставшая милой девочкой лет восьми с рыжеватыми волосами, в одеянии, явно преобразованном из медицинского халата вроде того, в котором был доктор Лийданиил.

– Малышка, – Айлла не смогла удержаться и не провести рукой по голове девчушки. Та немного сжалась, но позволила. – Наконец-то я вижу твой второй облик.

– Доктор… – голос у нее был хриплый, будто простуженный, – сказал, что нельзя так долго… ну быть рысью.

Сказал, ходить в обоих обликах… одинаково… ну время… одинаковое.

Демоница еле удержала жалостливый взгляд, который мог и обидеть.

– Раз доктор сказал, то так и будем делать. Мне тоже… много чего сказал. Тоже постараюсь слушаться.

– Ты? – поразилась Мици.

– Конечно, дурить в ущерб себе глупо.

Девочка вздохнула.

– Я будто голая, – пожаловалась она. – Без шёрстки плохо.

Саша едва уже не плакала.