Тень Фукусимы

– Эти нынешние – не коммунисты, а плесень! Оппортунисты! При товарище Сталине такие, как они, на Колыме бы «отдыхали»! Вообще, как они могли в девяносто первом Союз врагам отдать? Да если бы я тогда был здесь, а не на Кубе, СССР до сих пор бы существовал! Я бы не допустил того, что произошло! Как жаль, что других настоящих коммунистов к тому времени уже не осталось! Эх, знал бы, как оно всё обернётся, ни за что бы к Фиделю не поехал!

Воспользовавшись тем, что Волчара отвлёкся, супруги Марченко быстро покинули квартиру.

Ведь старик, впустив их, даже не запер дверь. Они быстро уходили, почти бежали, вниз по лестнице, а вслед им неслись слова, произносимые надтреснутым голосом.

– Да я бы и Горбачёва, и Ельцина, и прочих гайдаров с чубайсами… Одной обоймы мне бы хватило, и не было бы всей этой контрреволюции! А когда я вернулся, уже было поздно, всё, поезд ушёл… Ну, хоть Фиделю помог.

Выскочив на улицу, они мгновенно замёрзли. Несмотря на наступивший давно апрель, температура вряд ли превышала пять градусов.

В тёплой квартире Волчары они вспотели (снять пальто он им не позволил), и теперь холодный ветер, даром что с юга, пронизывал их до костей.

Алла достала сигарету, но зажечь её с первого раза не удалось – от холода (да и не только от холода) дрожали и руки и губы. Она надеялась, что Игорь ей окажет эту незначительную услугу, но он с решительным видом достал телефон и стал набирать номер таксомоторной фирмы.

– Не хочу трястись на маршрутке, – объяснил он супруге.

– А ничего, что у нас всего десять гривен, а такси потянет на шестьдесят, не меньше.

Расплачиваться чем будем? – язвительно поинтересовалась Алла, наконец, укротившая зажигалку.

– Недостающее возьмём у Таньки. Родной человек всё-таки, должна помочь.

Ждать машину долго не пришлось. К ним подрулила уже знакомая синяя «Таврия».

– Вы разве таксист? – удивилась Алла. – Да и гребешка с шашечками у вас нет.

– Как говорил классик, вам шашечки или ехать? – поинтересовался водитель.

– Ехать, конечно.

Но странно. Та же машина…

– Вам машина моя не нравится? Будете ждать вишнёвую «Девятку»?

– Почему вы упомянули о вишнёвой «Девятке»? – насторожился Игорь.

– Песня такая. «Твоя вишневая девятка меня совсем с ума свела…».

– Точно, – вспомнила Алла. – Помню эту песню. Но есть ещё одна проблема. У нас только десять гривен.

– И то хлеб, – махнул рукой Левченко, которого такой способ слежки более чем устаивал. – Садитесь!

В этот раз оба сели сзади.