Подражатель

Подождав, пока врачи снова стали помогать безутешной семейной паре, мы сняли картину со стены, чтобы приобщить улику к делу и направить на экспертизу.

Тело привезли в морг. После вскрытия мне позвонил судмедэксперт. Он был очень удивлен: сердце не было вырезано как в первый раз, в грудную клетку жертвы вшили еще одно сердце! Он сообщал это нервически посмеиваясь, что для работника его опыта было не совсем естественно. Я понял, что такое надругательство над телом он видит впервые. Проведя довольно длительный тест ДНК, наш медик установил: в грудь Милы вшито сердце первой жертвы – Артема.

Также в теле были обнаружены следы не только алкоголя, но и целый коктейль наркотических средств, из который кодеин был самым простым. Так мы поняли, что имеем дело с одним и тем же убийцей. Два дела, две жертвы, две разрушенные семьи, соединились одной неразрывной цепью. У нас появился серийный маньяк, которому нравится играть с правосудием, который думает, что сможет и дальше уходить от ответственности. И который не собирается останавливаться…

* * *

Этим холодным дождливым ноябрьским вечером я вместе со своим напарником остался в офисе. Мы запаслись сигаретами, кофеином и принялись перечитывать материалы первого и второго убийств с самого начала. В сотый, наверное, раз. Снова надеясь, что безжалостный монстр совершил ошибку. Мы надеялись, что сможем сопоставить первое дело со вторым случаем. Просчитаем дальнейшие планы Хирурга, угадаем ход его мыслей.

Весь город был уже напуган: СМИ яростно подхватили новую горячую тему и изо дня в день повествовали о «зверских и безжалостных убийствах», прямо говоря: «правоохранительные органы, которые должны защищать и оберегать наших граждан, чтобы те могли спать спокойно и ни о чем не волноваться, не могут дать никаких внятных комментариев, потому что следствие зашло в тупик». Это было почти правдой. Мы действительно не смогли найти улик, которые бы привели нас к убийце, не сумели наказать его по всей строгости закона, не дали семьям пострадавшим утешение и не уняли их боль.

Время работало против нас. И пока мы не могли сказать родным и близким жертв, что причина их трагедии, человек с психическими отклонениями отбывает срок и уже никому не причинит такую боль, какую испытали они. Мы чувствовали себя почти так же плохо и тошно, ведь сейчас в нас так нуждались, а мы были бессильны перед чудовищем, наводящим страх на всех вокруг.