Цветок папоротника

– Это было бы большой удачей, – вежливо ответила Вероника, – но какую цену запросят ваши родичи за такую покупку?

– Думаю можно обсудить цену за аршин, и качество ткани, – улыбнулся ей Ланс и стало понятно, что парень-то еще молод, вряд ли старше ее самой, но жизнь успела помотать его.

– А если я не возьму вас на службу? – сразу озадачилась вопросом Вероника.

– Значит я устроюсь в деревне, – с легкой улыбкой ответил ей сын торговца шерстью, давая понять, что это не станет проблемой. – Мой друг поступил в замок на службу, а мы решили вместе искать для себя новый дом.

– Ну что ж, тогда вы можете написать своим родственникам, – решила баронесса, – а пока я найму вас в помощь главному повару. На кухне нужны мужчины.

– Благодарю вас, миледи! – Ланс вскочил и по городской привычке вежливо коснулся губами воздуха над рукой дамы.

– Служите верно! – произнесла Вероника традиционную формулу, а потом добавила: – идемте, я представлю вас нашему мэтру Жанлю, и покажу вашу комнату в крыле для слуг!

Ланс поспешил вслед за баронессой, думая о том, что ему нравится та хватка, с которой эта дама управляет таким обширным хозяйством.

А заминка с торговцем, ну что ж, леди не барон, выпороть торговца без последствий не может. Чем нахал и пользуется, наезжая только в те замки, где нет управляющих, или хозяин мало интересуется делами. Как хорошо, что они уже встречались по одному королевскому делу! Ланс тогда неплохо запугал этого толстяка! А теперь вот пригодилось!

Едва ли не насвистывая, сын торговца тащился по длинным коридорам вслед за баронессой, понимая, что ему уже есть о чем написать Его Величеству.

Хозяйка замка весьма достойная дама. А детей похожих на барона во дворе нет. Он Ланс даже намекнул одному слуге, заметив мальчишку в нарядном платьице, мол не барон ли тут семя посеял? Оказалось нет, сынок замужней местной швеи гуляет. А других детей в замке и нет. И это был ответ на тот вопрос, который так требовался Его Величеству. В отличие от некоторых, Самюэль знал, что иногда в отсутствии детей виноват мужчина.

А еще его сердце сладко стукнуло, когда он заметил юную девушку на стене. Она только вступила в пору девичества, и была еще робкой и пугливой, как олененок. И столь же прекрасной! Он не мог отвести от нее взгляда, вот и прихватил оброненный платочек. Теперь квадратик белой ткани, отороченный простым вязаным кружевом, тихонько шуршал за пазухой, не давая забыть дивное видение.