Катарисса

С утра все девушки чудили как могли – кто-то плакал, кто-то истерично смеялся, фейри нервно мигала, как светлячок, саламандра пахла дымом, дриада периодически покрывалась узором похожим на кору дерева. Катарисса вела себя сдержанно, вот только внутри нее казалось поселился злобный шарг. Он дергал ее и предлагал подразнить дракона, нашептывал, что она слишком рано сдалась, а еще ведь на отборе будут другие драконы…

Когда зазвучал привычный барабанный ритм девушки вздрогнули, выпрямились и решительно двинулись к яркому свету прожекторов.

Шарг, толкающий Катару на необдуманные поступки заставил ее двигаться не просто ровно и плавно. Полукровка шла по сцене, раскрыв свою вампирскую суть, бросая незримый вызов невидимым драконам. Каждое ее движение было наполнено вампирским обаянием, каждый жест передавал чувственный сигнал мужчинам, чьи взгляды она ощущала, как никогда остро.

А еще вся ее кожа покрылась мурашками от тяжелого взгляда лорда Сириуса.

Он был в бешенстве. Хотя через холодную ярость пробивалась и обида с недоумением. Наверняка он гадал, почему и за что эта яркая красавица вдруг перестала скрывать свою сексуальность, позволяя другим мужчинам недвусмысленно желать ее.

Когда мисс Вайс начала представлять девушек, полукровка уже не просто нервничала, она вибрировала, как натянутая струна. Услышав свое имя, она как сомнамбула шагнула вперед. Шаг, еще шаг, две руки протягиваются ей на встречу, и девушка принимает сразу две, чувствуя бешеный гнев каменного дракона.

Катариссе было безумно страшно. Принимая чужую руку, девушка сдерживала нервную дрожь и молила Ллос помочь ей вынести это испытание. Она привязалась к дракону, одолела с ним свои страхи, была защищена и оберегаема, но… больше всего на свете девушка боялась стать вещью. Пусть не по названию, а по сути. Жена, любовница, фаворитка, все эти статусы могли дать женщине новый мир, а моги превратить в украшение, в придаток, в дорогую безделушку на руке хозяина.

Стараясь избежать этого, Катара ставила на кон все – и надеялась выиграть.

Сириус едва сдерживал ярость, его амулет нагрелся и немного вибрировал, устав скрывать бушующие эмоции дракона. Катрисса манила, жарко звала, но не только его, волны ее вампирского обаяния расходились по залу, цепляя свободных драконов. Один из них не выдержал – поднял табличку с цифрой «десять».