Мужские мечты

– Это вы зря! – старушка нравоучительно подняла руку в старенькой вязаной варежке, – мечты должны сбываться! Пусть ваши мечты тоже сбудутся!

Алексей помахал старушке и двинулся на работу с нехарактерной для понедельника улыбкой. Потом навалились дела и эпизод забылся. Но сейчас. Глядя на затянутую в броню пиджака Ниночку, парень почему-то вспомнил эту старушку.

– Алексей. Вы здесь? – главбух помахала ладонью перед его лицом и села за клавиатуру.

Работа началась. На улице трещал мороз. Поэтому батареи жарили так, что на них было можно приготовить себе яичницу.

Маленький кабинет главбуха не добавлял ощущения комфорта высоченному тощему парню. Новенький принтер, купленный начальником в пьяном угаре, плевался, трещал, жевал бумагу и отказывался распечатывать с трудом сформированные ведомости.

За онами снова стемнело, а они все еще сражались за зарплату, без перерыва на обед. Любые попытки пошутить или разрядить сгустившуюся атмосферу Ниночка пресекала строгим взглядом и едкими словами.

Алексей сдался. Откинулся на спинку стула, прикрыл глаза, слушая яростный стук клавиш и, представил на миг, что он выдергивает осточертевшие шпильки из Ниночкиной прически, вдыхает аромат ее темных блестящих волос, наматывает их на кулак, заставляя ее нагнуться к столу. Затем берет скотч и стягивает руки поверх белых рукавов офисной блузки. Она стонет, пытается кричать и тогда он заклеивает ей рот, а потом задирает скучную серую юбку! Интересно, какого цвета у нее трусики?

Очнулся Алексей в полном недоумении, держа в руках клочок нежной бирюзовой ткани.

Под его рукой на столе извивалась связанная Ниночка, а острая боль в паху призывала его поторопиться с дальнейшими действиями.

– Ай, хулиганка, – вновь ныряя свои мечты, сказал Алексей, похлопывая нежные ягодицы, – ты сегодня в чулках!

Ниночка только промычала что-то невнятное, а мужские руки уже прошлись по теплой влажной лощине, изучая, раскрывая, убеждаясь в обоюдном желании.

Вжикнула молния, свалились на пол брюки и модные черно-красные «боксеры».

Про презерватив он вспомнил в последний момент, но было уже поздно, остановиться не было никакой возможности. Горячее влажное лоно обхватило его достоинство и утянуло за собой в пучину несказанного удовольствия.

Стол скрипел и качался, принтер ритмично выплевывал ведомости прямо на пол, Ниночка стонала и приподнимала очаровательный зад, стремясь навстречу ошеломленному всем случившимся Алексею.