Жестокие игры

В свое время леди была неплохим магистром огня и, благодаря ее крови Сириус мог использовать не только заклинания камня, но и огненные.

– Добрый вечер, мама, – дракон вежливо коснулся поцелуем воздуха над ладонью матери, потом повернулся к гостям, – добрый вечер, господа и дамы, прошу прощения, что задержался, устраивал в покоях новую фаворитку.

Проговорив это, лорд внимательно смотрел на реакцию присутствующих. Два его друга, дракон земли Тео и дракон воздуха Алайн, лишь переглянулись и улыбнулись, радуясь за него.

Им было известно, что уже много лет Сириус чурался женского общества.

Парочка юных леди, едва выпущенных из младшей школы, уставилась на него с восторгом, широко распахнув глаза. В их головах, напичканных романтическими бреднями, слово «фаворитка» было равно словам «сексуальное приключение». Леди Сапфира покраснела, перехватив пристальный взгляд хозяина дома, а вот леди Глициния – дальняя родственница леди Юзбинии наивно хлопнула ресницами, и облизала чувственные розовые губы.

Потуги юной дракошки каменного лорда не интересовали. Родственница в его глазах была еще ребенком – настойчивым, капризным, избалованным, не стоящим серьезного внимания. Куда больше Сириуса волновали четыре джентльмена постарше и три очень пожилые леди. Мужчины посматривали на него с любопытством и одобрением – все трое были холостяками и явно ухаживали за леди Юзбинией. Дамы же подались вперед, фиксируя подробности его костюма, внешности и поведения.

Несомненно, слухи о новой фаворитке очень быстро разнесутся по всему светскому обществу.

Побродив среди гостей, лорд умудрился запутать всех сплетников, рассказывая самые противоречивые истории про Катариссу. Кому-то он называл ее вампирской принцессой, отвергнутой кланом, кому-то по-секрету рассказывал, что отбил красавицу у клана дроу. По одной версии он похитил девушку, чтобы сделать своей харран, по другой решился на это после долгих тайных отношений. Вся эта путаница должна была помочь проявить недруга, но пока давала лишь головную боль.

Сириус не помнил дня, когда говорил так много и разнообразно. Его мать удивленно наблюдала за сыном, находя его оживление необычным, а друзья искренне радовались и приглашали в гости. Не найдя в гостиной главного здания новых улик, дракон махнул рукой на этикет и сбежал в свою башню.

В его покоях было тихо, лампы погасли, только у двери спальни мерцал ночничок. Настало время отдыха.