Хаос времён года

Были установлены новые правила, осуждающие насилие по отношению к Временам года и поощряющие сотрудничество между ранее разделенными частями Обсерватории. Секретные отделы библиотеки были открыты для всех, и Временам года было предложено восполнить пробелы в знаниях о собственной истории, узнать правду о своей магии – правду, о которой мы с Флёр догадались сами и поведали миру: что в парах мы можем выжить даже за пределами сложной системы лей-линий, к которой нас привязал Майкл.

Были сформированы мозговые центры и комитеты действий, полностью состоящие из добровольцев, что позволило Временам года и их кураторам высказать свое мнение, вступить на путь, ведущий к мирному сосуществованию.

Когда рейтинговая система лишилась смысла, пали и преграды между Зимним, Осенним, Весенним и Летним крыльями Обсерватории, и Времена года получили возможность общаться, вместе тренироваться и принимать пищу. По словам Лайона, случилось несколько драк, но по большей части переход прошел гладко. Тем, кто не хотел продолжать жить в Обсерватории, вроде нас с Флёр, было предоставлено право уйти. Их выпускали парами при условии регулярного мониторинга, и они получали ограниченную свободу передвижения для сохранения экологического баланса и обеспечения их безопасности.

Когда мы с Лайоном разговаривали на прошлой неделе, все вроде бы шло прекрасно: план Лайона и Геи осуществился относительно мирно. Трудности начального перехода остались позади, и мне показалось странным, что сейчас он выглядит таким измученным.

– Мы с Геей разбудили последних членов прежней Стражи.

– Самое время, – с горечью замечаю я. Одной угрозой меньше.

Личная гвардия Майкла – группа элитных Стражей, обладающих магией всех Времен года разом, – выследила нас и совершила нападение всего в нескольких милях отсюда, и Стражи, которые дольше всех провели в стазисе, считались для нас с Флёр самой большой угрозой. Не думаю, что когда-либо забуду прищуренные глаза Кай Сэмпсон за мгновение до того, как она выпустила в меня целую тучу стрел.

Или звериный оскал Дуга Лаускса, когда он бежал по замерзшему озеру, намереваясь убить меня. Я более чем готов к тому, чтобы Лайон назначил им заслуженное наказание.

– Что с ними произойдет? – спрашиваю я, вспоминая пчелу, которую Лайон раздавил ботинком в тот день, когда помог нам сбежать из Обсерватории, – пчелу, некогда бывшую Временем года… или, по крайней мере, вместилищем души одного из них.