Хаос времён года

Стражи Майкла – мои Стражи – не колеблясь, бросаются исполнять приказ. Ликсу первой хватает наручники и огнестойкие рукавицы. Она выкрикивает приказы, и остальные повинуются, приковывая Стражей Лайона друг к другу на сотрясающемся от землетрясения полу.

– Что теперь? – кричит Ликсу.

– Убей их.

Она смотрит на меня, и я замечаю, как протестующе дергается кадык на ее изящной шее.

– Но Дуг, они же…

– Немедленно!

Ее взгляд задерживается на лезвии моей косы. Она отдает приказ, и члены старой гвардии приближаются к команде Лайона, призывая свою магию.

Вспыхивает свет, рассеивается по комнате, и последние Стражи Лайона рассыпаются пеплом.

Магия Геи беснуется под потолком. Ветер, завывая, расшвыривает обломки по комнате. Со стен и потолка отваливается лепнина и шлепается на пол. Воздух густеет от пыли.

Я обшариваю комнату взглядом в поисках Кай. Раз она знала о магическом проклятии, может, знает и как его остановить. Я замечаю ее, съежившуюся возле скамей под дождем штукатурки.

Огромный кусок потолка прямо над ней с треском отделяется и устремляется вниз. Она с криком прикрывает голову руками.

– Нет! – Я бросаюсь к Кай, пытаясь предотвратить неизбежное. – Стой!

Все замирает, воцаряется абсолютная тишина.

У меня звенит в ушах, а окружающий мир, кажется, напрочь лишился звуков. Тяжело дыша, я оглядываюсь по сторонам и замечаю, что комната как будто погрузилась под воду. Частицы пыли и куски штукатурки неподвижно зависли в воздухе.

Уцелевшие члены старой гвардии стоят совершенно неподвижно, как живые манекены, зачем-то расставленные по комнате. Рот Кай застыл в беззвучном крике, а отколовшаяся секция потолка, нацелившаяся ей в голову, замерла в полете.

Я осторожно передвигаюсь среди обломков, боясь резким движением разрушить чары. Мои ботинки бесшумно ступают по битому стеклу. Протянув руку, я тыкаю пальцем в висящий в воздухе кусок штукатурки, но он не шевелится. Я пробираюсь через комнату, обходя людей, неподвижных как статуи.

Секундная стрелка на часах не двигается.

Я смотрю на свои дрожащие руки, на потускневший от дыма посох, и с моих губ срывается сдавленный смешок.

Я – Время. И Неизбежность. Две величайшие силы во Вселенной.

И мир вокруг меня рушится.

Мой смех становится паническим, почти истерическим. Я поворачиваюсь по кругу, осматривая разрушение. Душа Геи застыла неподвижным вихрем света над моей головой.